Бронебойщик

— Что вы тут устроили, Танжер? — спросил он, в ужасе взирая на следы разрушения, на тело Хоторна и на сержанта Говарда, деловито собирающего аппаратуру и провода.

— Здесь было взятие с поличным тардионского шпиона, сэр.

— Вы должны доложить об этом командующему."

"— Конечно, сэр. Сейчас соберем улики, и я доложу генералу по всей форме. Как положено.

— Да уж, будьте добры, — сказал начштаба и вышел.

Оставив своих людей охранять место происшествия, Танжер вместе с Говардом спустился к себе на этаж, где его специалист смог забраться в фотоблок и файл регистрации лазерного передатчика.

— Есть упоминание об отправке четвертого и восьмого снимка, сэр, — через некоторое время сообщил Говард.

— А остальные?

— На остальных заведен список очередности передачи, но сведений об отправке нет.

— Значит, он действительно блефовал, когда говорил, что отправил все, — сказал Танжер.

— Стопроцентную гарантию дать нельзя.

— Я понимаю. Но решать это будем не мы, наше дело доложить и предоставить всю имеющуюся информацию, а там как командующий скажет, так и будет.

108

С утра, сразу после завтрака, вся четвертая рота и часть пилотов из второй собрались в парке, куда, на сцепке из двух эвакуаторов, притащили поверженного «большого сато».

Хотя на машине имелось несколько заметных повреждений от ударов гранат лаунчмодулей, свалить монстра удалось лишь благодаря совместным действиям лейтенанта Кирша с Джеком и воздушных средств. Первой связке удалось уничтожить эффективную систему разведки и наведения — «иждивенца», а также повредить его систему охлаждения.

В сочетании с неработающими тремя из четырех вентиляторов это был страшный удар, и «большой сато» оказался повержен, хотя вся его броня осталась цела.

— Это всем нам наука, — сказал капитан Хольмер, расхаживая на спине поверженного гиганта. — Никакая броня не спасает, если свалять дурака…

— Будь у него поддержка, он бы еще и нам навалял, — сказал Сэмми-Флюгер и почесал броду.

Так, негромко переговариваясь и заглядывая во все закоулки новой машины, пилоты и механики обменивались мнениями.