Цыганка

 — Молли будет счастлива у Лэнгворси. А у тебя есть я. Нас ждут приключения. Пора немного развеяться.

Бет в ответ уткнулась лицом в его плечо. Ей стало легче, потому что Сэма не обманула ее напускная веселость и он понимал, как ей сейчас тяжело. Но она так долго не развлекалась, что почти забыла, как это делается.

Только этим утром мисс Брюс сказала Бет, что настоящее счастье обретает тот, кто дарит его другим, будучи доброжелательным и заботливым. Она посоветовала Бет воспринимать пассажиров на корабле как потенциальных друзей и не забывать, что все они не меньше, чем Бет и Сэм, переживают по поводу того, что ждет их в Америке.

Корабль набирал скорость, лица провожающих на пристани превратились в смутные пятна. Пути назад не было, поэтому Бет старалась быть мужественной и думать о том, что на самом деле им посчастливилось получить шанс расстаться с горестями прошлого и построить себе новое будущее. Как верно подметил Сэм, их ожидали приключения.

— Давай спустимся в трюм и познакомимся с людьми, которые будут нашими попутчиками, — весело предложила Бет, хотя на сердце у нее было тяжело.

Сэм рассмеялся и обнял ее.

— Вот так лучше, сестренка, — сказал он. — И не переживай, я не собираюсь оставлять тебя одну. Здесь слишком много мужчин, бросающих на тебя похотливые взгляды. Я от тебя и на шаг не отойду.

Пассажиры, путешествующие третьим классом, располагались прямо в трюме корабля, но мало того — от зон первого и второго класса их надежно отгораживали металлические решетки, словно для того, чтобы они до конца осознали свое унизительное положение.

Спускаясь по лестнице, ведущей с верхней палубы на общую, Сэм и Бет мельком увидели великолепие мира для избранных, расположенного за решетками; мягкие ковры и деревянные, покрытые лаком двери кают с медными ручками, стюарды в белых пиджаках, разносившие на подносах напитки для богатых пассажиров, а также ухоженные и хорошо одетые дети, старавшиеся улизнуть от бдительного ока нянь.

Когда Сэм и Бет добрались до нижних палуб, двери и полы стали металлическими, их покрывала облупившаяся закопченная краска. Здесь в узких коридорах толпились люди, их встревоженные, а иногда и злые лица свидетельствовали о том, что чая, одеял для детей или хотя бы утешительных слов им ждать не от кого. За шумом машин почти не было слышно детского плача и яростных криков матерей, пытающихся собрать своих детей. Бет совсем приуныла.