Цветок в мужской академии магии

Нужно заварить! — решительно вынесла вердикт она.

— Ты уверена? Я не сказала бы, что ты сильно разволновалась… — с любопытством наблюдала за внучкой мама Арчи.

— Это для папочки. Ему сейчас нужнее. А то он сейчас съест моего Маркушу! С кем я тогда дружить буду?

А что там с магистром? Совсем плохо?

Даже взглянуть на него боюсь. У меня дрожь по телу от одной энергетики, что сейчас от него волнами идет. Вдруг он одним взглядом убить может?

Для успокоения нащупала наскоро заброшенный в карман пиджака чай. Тут он, смертельненький, тут, родненький.

А магистр…

— Мам, Ева на тебе. Мне нужно решить проблему, — раздалось разозленное сбоку.

Неожиданная вспышка портала чуть не ослепила. Не успела я и глазом моргнуть, как уже стояла не в зале Лучника Любви, а в личном кабинете магистра МАМ.

Арчи Рейв сразу отошел на три шага, рывком выдвинул стул из-за стола и присел.

— Сам сядешь, не дама, — отрезал он.

Я тактично промолчала. Магистр имел право злиться. Я бы на его месте тоже негодовала.

— Итак, Сворски, говоришь, что Храм Справедливости нас разведет? — нервно стучал пальцами по столу мужчина, а на месте касания поверхности ямки в дереве все углублялись и углублялись.

Вот это сила пальцев! Что уж про другое говорить.

— Конечно. — Я оторвала взгляд от пальцев магистра.

— В любом случае? — Рука Арчи застыла в напряженном ожидании, прекратив отбивать дробь.

— Достаточно желания одного, — кивнула я, попытавшись неловко стянуть вырез блузки.

Жадный взгляд Арчи полоснул мне по груди. Воздухом подавились мы оба.

Магистр тихо рыкнул, клянусь! После чего спросил:

— В чем подвох? Ты слышал, как хохотал дух любви? Если его магию так легко разрушить, он бы так не потешался.

Арчи Рейв достал графин и плеснул воды в два стакана. Вызвал Шипящего щелчком пальцев, и огненный шар без слов понял хозяина — отправил две яркие искры в жидкость, вызвав бурю в стаканах.

Интересно, а что за эффект от этого напитка? Чего можно ждать от огненного шара?

Один стакан Арчи взял в руки, другой подвинул на край стола. При этом он старательно не смотрел на меня. Куда угодно, только не задеть бы меня взглядом даже слегка.

— Подвох? — Я призадумалась, повторив вслух вопрос, а потом вспомнила единственное условие, о котором рассказывал отец. — Достаточно желания одного, это правда. Только искреннего, от всего сердца.