Цветок в мужской академии магии

 — Я даже не обратил внимания на эту вспышку. Сам такой.

— Обычное? Это скучно. Хочу… — И тут улыбка расползлась по лицу Евы. Я сразу понял: придумала шалость. И, судя по-хитрому прищуру, делиться мыслями со мной она не собиралась.

— Хочешь что? — подтолкнул я.

— Потом скажу! — заговорщицки подмигнула она мне, а потом вмиг стала серьезной и спросила: — А Сворски жив?

— Жив. А что такое?

Улыбка Евы озарила кабинет.

— Да так…

И это ""да так” точно стрелка компаса показало направление мыслей дочери. Ее желание точно будет связано с этим задохликом.

Сворски, Сворски, Сворски. Вокруг меня в последнее время только это и крутится.

Дочь унеслась так же быстро, как вошла, а я остался смотреть в пространство. Внутри так и зудело: что-то не то в этом парне.

Перед глазами так и стояли эти фиолетовые глаза. Реакция же собственного тела на жест, когда я вжал в себя адепта, чтобы спасти от одичалых, совсем выбила из колеи. Заставила усомниться в собственной нормальности.

Даже стыдно вспомнить, что на секунду было в голове! Нет, это точно какая-то родовая магия притяжения.

Стоило вспомнить Сворски, как пальцы начали отбивать нервный ритм по столу. Сквозь пелену странных чувств пробралось то самое зудящее чувство подозрения.

Ответы парня были, мягко говоря, странными. Конечно, можно все списать на то, что ему память проредили, но я почувствовал себя так, словно преследую одичалого — в режиме охоты. Будто нащупал след. Услышал зов жертвы. Нашел зацепку.

Жалко, что я уничтожил анкету Сворски.

Мия

Двери лазарета подались легко, будто меня и ждали.

— Господин Фрай Дай? — окликнула я лекаря в пустой приемной, покрутила головой по сторонам и застыла, прислушиваясь.

Тихо-тихо, будто никого. Коридоры расходились в разные стороны, и я не имела ни малейшего понятия, где искать своего спасителя.

— Господин Фрай? — еще раз спросила тишину.

На цыпочках, будто боялась спугнуть покой, пошла по левому коридору, заглядывая в открытые двери. Вдруг звук падающих капель привлек внимание. Я прокралась к следующей двери и осторожно заглянула внутрь.

Лекарь с жутко сосредоточенным видом напряженно вымерял пипеткой салатовую жидкость. Ядовитого цвета капли падали в розовую чашу и шипели, испарялись в дым при контакте. С каждой каплей он прикрывал ресницы, будто отсчитывал закрытием век счет.