Цербер

Но Аня выглядела вполне серьезной, ее тело периодически подрагивало в его руках: то ли от страха, то ли от холода, но он отчетливо чувствовал, как она дрожала.

– Допустим, – старался держаться спокойно, но руки так и сжимались крепче.

Убрал от нее ладони и даже отошел на шаг назад, чтобы не искушаться и не сделать того, чего не должен.

– Отпусти меня, – произнесла едва слышно, заставляя его сжимать кулаки.

– Куда отпустить, Аня? К нему вернешься? – процедил сквозь зубы.

Одна мысль доставляла ему дискомфорт. Он и представить не мог, что она может вернуться к своему мужу, что снова ляжет с ним в постель.

Впрочем, это вряд ли. Не после того, как он ее обозвал и не после того взгляда, которым одарил.

Идиот он у нее. Такую бабу упустить.

– Нет, – она энергично замотала головой. – К тете поеду, в деревню.

Засмеялся."

"В деревню собралась? Смешно. У нее такие возможности, а она в нищету собралась. Будет работать за гроши, а ведь у нее теперь возможности есть. Надавила бы на него, он все ради нее сделал, но нет.

Она об этом, видно, и не думала даже.

– Хорошо, – произнес спокойно. – Я тебя отпущу.

Резко подняла голову и уставилась на него с удивлением.

– Отпустишь? – в ее глазах загорелась надежда.

– Да. С единственным условием.

– С каким? – оживилась и смотрела уже без страха.

– Ты перестанешь меня бояться и мы проведем с тобой неделю. Семь дней, Аня. Подари их мне. Не хочу видеть в твоих глазах страх и отчаяние.

– Я… – она попыталась что-то возразить, но Тимур оборвал ее взмахом руки.

– Я не договорил.

Я забрал тебя у мужа, поэтому через семь дней я сниму тебе квартиру и помогу с работой. Сможешь жить в городе не уезжая в деревню. Это не плата за то, что ты будешь со мной, это компенсация за то, что разрушил твою жизнь.

– Тимур, мне ничего не надо, – завела снова ту же песню.

– Я не спрашиваю, что надо, а что нет. Я просто сделаю это и ты с этим смиришься. Я отпущу тебя через семь дней. Ты проведешь их со мной, и я тебя отпущу.

– Правда? – все еще не верила ему.

Тимур ее понимал.

И сам не верил в то, что отпустит, но и держать ее насильно не хотел. Был не в силах смотреть в ее глаза и видеть там отчаяние. Он хотел, чтобы она смотрела на него с вожделением, с нежностью и теплом, желанием.

– Даю слово, Аня, – протянул ей руку и когда она вложила свою маленькую ладошку, сжал ее крепче.

Она поверила ему. Тимур это отчетливо видел. Возможно, это было глупо, но и выбора у нее не было. Начала бы возмущаться, скорее всего, он бы не отпустил вовсе.