Циклон с востока

Он озирался, а палец его подрагивал на спусковом крючке автомата. Расстояние было великовато для прямого броска. Чуть оступишься, и этот человек успеет повернуться и дать очередь. Но стрельба слышалась справа и слева. И это помогло Буторину. Диверсант решил, что движется в самом безопасном направлении, что здесь нет солдат. Он шагнул снова в сторону Виктора и на всякий случай оглянулся. В этот момент Буторин и прыгнул.

Диверсант все же успел повернуть автомат навстречу нападавшему. Сделал он это интуитивно или у него была превосходная реакция, но, как бы там ни было, Буторин все же успел отбить оружие в сторону.

Сцепившиеся противники упали, но диверсант как-то умудрился ужом вывернуться из-под тела оперативника. На миг он даже вырвал свою руку из цепких пальцев Виктора, но тот поймал его за край рукава полушубка.

Стрельба вдруг утихла. Передав пленника подбежавшему бойцу, Буторин приподнялся на колено и встал за деревом, держа оружие наготове и вглядываясь вперед. Такая тишина может быть вследствие того, что диверсанты решили сдаться и выйти с поднятыми руками. А может быть — и перед началом отчаянного прорыва оставшихся в живых. Никаких криков, ни голосов. Но вот над склоном появилась голова и поднятые руки. Виктор пригляделся и узнал геолога. Того самого, что связывал его по рации с геологоразведочной партией.

— Не стрелять! — раздался злобный зычный голос, и за спиной геолога выросла крупная фигура человека с бородой, который держал пистолет у виска пленника. — Не стрелять, или я убью его. Дорогу, дайте мне дорогу, дайте уйти, и я его не убью!

Буторин приподнялся, положив автомат на снег, и поднял руку, чтобы привлечь внимание диверсанта. Геолога надо было спасать. Можно, конечно, дать диверсанту возможность уйти.