Циклон с востока

 — Где вы работаете и что у вас случилось? Коротко, чтобы не терять времени. Самую суть.

Эта деловитость и решительность, кажется, обнадежили инженера, и он стал вести себя так, как и хотелось Шелестову. С доверием, готовностью активно помогать.

— Горелов я, Аркадий Михайлович, — торопливо заговорил мужчина. — Я работаю инженером на НПЗ в Комсомольске-на-Амуре. Моих детей похитили вражеские шпионы и грозятся убить, если я не выполню то, чего они хотят. А они хотят взорвать завод.

— Взорвать нефтеперерабатывающий завод? Но это же очень сложно.

— А все взрывать и не надо, — устало сказал инженер. — Даже емкости с готовой продукцией или с сырьем взрывать не надо. Их можно потушить, можно оставить выгорать. Учитывая общие объемы производства, одна партия сырья или партия готовой продукции ничего не решит в масштабах производства. А вот если взорвать самый главный узел, где идет процесс крекинга.

— Я понял вас, Аркадий Михайлович. Скажите, вы согласились сотрудничать, а потом бежали? И сразу к нам?"

"— Да. — В голосе инженера было столько обреченности, что у Шелестова внутри похолодело. А что же этот перепуганный инженер успел, чем он уже помог диверсантам? — У меня не было другого выхода.

— Вы думаете, вам удалось уйти незамеченным и диверсанты, которые вас вербовали, не заметили вашего исчезновения?

— Пока да. Думаю, что да, — не поднимая глаз, заявил инженер. — Я когда понял, что у них нет возможности попасть на завод, так и решил действовать. Они же с моей помощью хотели туда попасть, чтобы я помог двоим сделать пропуска. Как они хотят взорвать завод, я не знаю.

Инженер говорил торопливо, сбивчиво, часто перескакивая с одного на другое. Шелестов остановил мужчину и заставил его просто отвечать на вопросы. Так разговор пошел продуктивнее. И довольно быстро нарисовалась следующая картина.