Циклон с востока

 — Вы ж и не обедали!

Оперативники взялись за бокалы и стали с наслаждением пить горячий чай. Крапивин отодвинул свою чашку в сторону и расстелил на столе карту района приземления диверсантов. Шелестов, держа в руке бокал, подошел к полковнику и посмотрел на карту.

— Место приземления погибшего диверсанта мы осмотрели, — сказал он, постучав пальцем по соответствующему участку карты. — Там действительно нет больше никаких следов. Бедолага сам выпутывался из создавшейся ситуации, но увы. Он умудрился зацепиться куполом парашюта чуть ли не за самое высокое дерево в округе.

— Да, судя по парашютам, они тоже забрасывались японцами, — согласился Крапивин — Есть основания полагать, что эти четверо и погибший пятый — были членами одной группы. И по направлению ветра в тот день он вполне мог быть отнесен туда, где мы нашли парашют. Наличие грузового парашюта говорит нам о том, что у группы были серьезные намерения.

— За сутки они могли уйти далеко, — вставил Буторин. — Но я думаю, что они, отойдя от места высадки, уехали. Блокировать район мы можем за несколько часов силами местной милиции, охотников, подвижными группами бойцов войсковых частей. Полагаю, что диверсанты это понимают и сразу имели планы, как и в каком направлении уехать.

— За несколько часов диверсанты могли дойти до железной дороги, — согласился Крапивин.

— Увы, да, — сказал Шелестов. — В данной ситуации, когда группа ушла у нас из-под самого носа, в ситуации, когда мы понимаем, что это могла быть не единственная диверсионная группа, заброшенная милитаристами на нашу территорию на Дальнем Востоке, выход у нас один — действовать на опережение, а не ждать, когда какая-то вражеская разведывательно-диверсионная группа проявит себя.

— Совершенно верно, — ответил Крапивин. — Имеющимися у нас в регионе силами мы усилили охрану мостов, тоннелей, усиленно патрулируются шоссейные дороги и железнодорожные магистрали.