Цербер для непокорной

– В целом, я могу подать твои документы, но сама понимаешь, шансы невелики, – разводит руками он после нашего разговора.

– Хорошо, – соглашаюсь я, хотя для меня это чисто формальности, которые мне ни к чему.

Все равно это лишь бутафория, чтобы отвлечь брата. Уже по глазам куратора вижу, что меня никуда не возьмут, так что… Уеду с братом, а там и расскажу ему о… Беременности.

– Скажу честно, – выдыхает мужчина, стискивая переносицу. – Еще неделю назад шансы у тебя были высокие, но… Был звонок сверху насчет тебя.

Куратор поднимает глаза, намекая, что…

– Понятно, – мрачно произношу, понимая, откуда ноги растут.

И никаких сомнений у меня нет. Прикусываю губу, чувствуя на себе извиняющийся взгляд куратора. А у самой тело трясется так, словно меня переламывает в блендере. Забираю свои документы и выхожу из кабинета, чувствуя себя опустошенной. Каждое действие Галаева вызывает у меня тоску и чувство бессилия, словно с каждой секундой подавляют мою волю.

– Куда теперь? – спрашивает бугай, как только я прохожу мимо него.

– На работу, – хмуро отвечаю, нет никакого желания ехать в эту клоаку, полную сплетниц и змей. – Как вас зовут?

– Тимур, – отвечает тот, что в футболке.

Гляжу вопросительно на водителя, но он лишь равнодушно отворачивается и уходит вперед, игнорируя мой вопрос.

– Сархан неразговорчив, – пожимает плечами Тимур, но я не отвечаю и молча иду в сторону выхода."

"Внутри меня кипит гнев из-за очередного самоуправства Галаева. Пока мы едем в закрытом пространстве автомобиля, обстановка висит напряженная.

– Сюда вы тоже со мной? – язвлю, когда мы подъезжаем к бизнес–центру.

Парни переглядываются, а затем отрицательно качают головой.

– Мы будем ждать вас у входа, позвоните, как закончите, – говорит Тимур и протягивает мне визитку, которую я зло выдергиваю у него из рук.

Умом понимаю, что не его вина, что мы оказались в такой обоюдной западне, но с эмоциями совладать не могу. Так что в офис я захожу не в настроении и с кислой миной. Быстро прохожу на свое рабочее место, ни разу не выходя с кабинета, так что единственный, с кем контачу, это мой шеф, не подающий все это время голоса.