Цена твоей (не)любви

Если девчонку включить в игру и сделать орудием для нажима на старика Левицкого? Слишком жестоко, но как вариант.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍6

– Давай увидимся вечером. Покатаемся по ночному городу, я покажу красивые места. Прекрасный закат, жаркая ночь, только ты и я.

– Семён, уже вечер, думаю, бабуля будет против. Ты знаешь ее, начнет говорить, что это неприлично. И в ее время девушки не ездили по ночам.

– Я поговорю с Алевтиной Германовной, со мной она тебя точно отпустит.

Поднимаюсь медленно по лестнице, вся прелесть старых парадных – это то, что все слышно. Парень уламывает мою соседку не совсем умело, а я, выходит, подслушиваю.

– Семён, прекрати, не надо. Что ты делаешь… перестань.

Почти поднявшись на третий этаж, вижу, как парень тискает Регину, прижав к стене, та роняет розы, упирается в его грудь.

Красивая картина: белые розы, рассыпанные у ее ног, испуганные зеленые глаза, пухлые губы и румянец на щеках.

– Не помешал?

Мой громкий голос эхом разносится по подъезду. И как так бабка ничего не замечает? Главное, когда я нес ее внучку на руках, было фу как неприлично, а то, что это чмо ее лапает, зашибись как хорошо? Да, в этой семейке не все так радужно.

– Здравствуйте, – Регина здоровается, наконец отпихивает настойчивого ухажера.

– Это кто? – парень смотрит на меня, но обращается к своей спутнице.

– Сосед.

– Сосед продолжает идти дальше и, в самом деле, не мешать.

Удивленно приподнимаю бровь, а вот за наглость ему можно поставить пять и дать леща. А можно и в кровь разбить рыло. Начинаю заводиться.

– Сосед сам решит, когда и куда ему идти. Регин, все в порядке?

– Дядя, ну что у нас может быть не в порядке? Все отлично.

Кто вообще это такой? Судя по машине, шмоткам и брендовым часам, золотая молодежь. Не таких обламывали, с такими и неинтересно. Высокий, белобрысый, тонкие черты лица, мутный взгляд, под кайфом, что ли?

– Регина? – не слушаю тупой базар пацана.

– Да, все нормально, – виновато опускает глаза, топчет разбросанные под ногами розы. – Семён, мне надо идти.

Лишь с третьего раза попадает ключом в замочную скважину, руки дрожат, кусает губы, не смотрит ни на кого, скрывается за дверью.

Я поднимаюсь выше, уже не обращая внимания на парня, а он провожает меня взглядом, готовым выжечь дыру в спине. Видно, что неуравновешенный и склонный к агрессии, сжимает кулаки, хочет что-то сказать, но молчит.