Цена твоей любви

Ничего не могу с собой поделать, понимая, что он предатель, страшный человек, растоптавший мою любовь, женатый, а у меня самой есть жених.

Искушение, наказание, боль.

Я готова сорваться в свой грех добровольно, потому что устала бороться и сопротивляться самой себе. Может, это все гормоны и сексуальный голод, но все, что сейчас происходит, такого за семь лет не было со мной.

Заходящее солнце освещает комнату и наши обнаженные тела, меня всю трясет, нервно облизываю губы, Матвей стал еще шире в плечах, под кожей играют мышцы, мне страшно смотреть в его глаза.

– Ты невероятно красивая."

"Мы стоим так близко друг к другу, время остановилось. Если совсем недавно Матвей жадно целовал, снимая с меня белье, то сейчас практически ничего не делает, лишь ведет костяшками пальцев по лицу, шее, спускаясь к груди, нежно сдавливая сосок.

Теряюсь в этих ласках, сжимая кулаки, смотрю вниз на его возбужденный член, он подрагивает, на открытой головке блестит смазка, облизываю губы. Я чувствую его взгляд на моем обнаженном теле, лишь от этого возбуждаюсь сильнее.

А через секунду он снова целует, с еще большей жадностью и страстью, накрывая мою воспаленную плоть пальцами, размазывая влагу по половым губам, надавливая на клитор. Хватает всего несколько секунд, и я срываюсь в свой первый оргазм, жадно глотая раскаленный воздух между нами. Цепляюсь за плечи Матвея, впиваясь в них ногтями, вставая на цыпочки, прижимаясь сосками к его груди.

– Моя невероятная девочка, такая влажная, такая желанная, – говорит в губы, покусывая их, продолжая массировать клитор, а меня все никак не отпускает оргазм.

На моих глазах облизывает пальцы, что блестят от выделений, а я сама обсасываю их, пробуя на вкус свой оргазм. Это так невероятно порочно и сексуально, что я снова прижимаюсь всем телом, чувствуя под ладонями, как Матвей напряжен, кожа покрыта испариной, гладкая и такая горячая.

Не давая глотнуть воздуха и не прерывая поцелуй, подхватывает под ягодицы, тут же укладывая на кровать. Его губы и руки везде, голова идет кругом, мое тело оживает и раскрывается только для него.

Целует грудь, засасывая соски в рот, кусая их и тут же облизывая языком, а я выгибаюсь навстречу, хочу еще, мне мало, очень мало. Матвей раздвигает мои бедра шире, снова касается половых губ, ведя по раскрытой промежности, останавливаясь на клиторе.