Цена твоей любви

– Так вот то итальянское сокровище, которое ты прячешь от нас уже три года. Мы-то с Матвеем думали, что это будет знойная итальянка с пышной грудью, большим ртом, громкая и веселая.

– Извините, что не оправдала ваших надежд, – перебила мужчину и сама пожалела об этом. Видимо, он не приветствует такого.

– Да уж, мы думали одно, а у тебя оказалась фарфоровая рыжая куколка.

– И кстати, это мой натуральный цвет волос.

– Отец, прекрати свои пошлые шуточки. Регина, это Савелий Макарович Демидов, мой отец.

– Регина Левицкая, – не сказала, что мне приятно, потому что мне было совсем неприятно.

Сергей подвинул стул, сам сел рядом, я старалась не смотреть на Матвея, но открытые плечи под его взглядом обжигало огнем.

Да что же это такое? Слишком долго я пыталась забыть его, думала, что получилось. Уговаривала себя, что не любовь это была вовсе. Влюбленность, буйство гормонов, реакция молодого тела на животную энергетику взрослого и опытного мужчины.

– У вас очень красивое имя, и сами вы очень красивая девушка.

Савелий Макарович, обращаясь к сыну, смотрит на меня вполне дружелюбно, но карие глаза под тяжелыми веками сканируют насквозь, кажется, раздевая и ощупывая одновременно.

– Мне скоро будет двадцать шесть.

– Даже так? Прекрасный возраст. Не верится, что когда-то и мне было столько же. Я был молод и полон сил.

Вокруг суетились официанты в черных фартуках и бабочках на белоснежных рубашках.

– Так я могу предположить, что скоро быть свадьбе?

Мужчина сделал глоток виски, посмотрел поверх бокала на Сергея и меня. Демидова-старшего можно было назвать симпатичным стариком, если бы не тяжелый взгляд, грубые черты лица, нависшие веки и надменный вид.

Он чувствовал и показывал всем, что именно он хозяин мира.

Высокий, подтянутый, темно-русые волосы, легкая, такая модная сейчас небритость, открытая улыбка. Именно ей он и растопил мое сердце три года назад.

– Регина не дает мне сделать ей предложение, словно чувствует это и находит тысячи причин, чтоб я этого не делал. Но, может быть, на родине ее сердце дрогнет.