Цена страсти (СИ)

Следующий кадр – Олег крупным планом. Репортёр его что-то спрашивает про злосчастный завод, он что-то отвечает. Поддерживает Шубина. Потом слово берет сам Шубин. Говорит, что есть люди, которые делают дело, созидают, трудятся, что-то создают. А есть те, которые от безделья с ума сходят,  крикливые никчёмные пустышки, им лишь бы поорать, привлечь к себе внимание. Нет сил слушать его до конца.

Я включила второй ролик. Опять мучительное ожидание загрузки.

Наконец, пошло видео и… внутри меня всё оборвалось.

Я узнала свою квартиру, свою прихожую. Я узнала Олега. Он стоял у двери, лицом к камере. Запись была без звука.

Потом подошла я и стала его целовать. А он даже руки из карманов не вынул. А я всё льнула к нему и льнула, а потом и вовсе запустила руки под одежду. Со стороны казалось, что я его раздеваю, что пристаю к нему самым пошлым образом, склоняю к сексу, тогда как он не очень-то жаждет.  Хотя спустя несколько секунд жаждет, конечно… Поднимает на руки и уносит.

На этом видео оборвалось, а я всё сидела и тупо пялилась в экран телефона, пока он не погас.

Внутри меня бешено колотилась истерика. Я опять задыхалась, давясь плачем.

Шок и ужас мешал соображать. Я лишь тихонько выла, зажимая обеими руками рот.

Потом резко подскочила, метнулась в прихожую. Прикинув по ракурсу, где искать, я почти сразу обнаружила камеру. Её приладили к настенным часам в виде скворечника, как раз напротив входной двери. Всунули в круглое окошко.

– Сволочи! Уроды! – крикнула я и, швырнув камеру о пол, раздавила её ногой.

Меня била крупная дрожь. Плач вырывался какими-то судорожными всхлипами. Как же это мерзко! Как гадко, подло, низко! Это вот такие у них методы – влезть, как воры, подглядеть тайком и вывалить это наружу?

Я снова потянулась за телефоном. Всё-таки я позвоню Олегу, пусть знает, с кем он там работает…

И вдруг меня пронзила нечаянная мысль: а неужели он не знает? Он же там не просто спица в колеснице, он же там…

И тут один за другим вспыхивали в памяти кадры: он на крыльце поликлиники отдаёт кому-то распоряжение по телефону, чтобы всё успели сделать за час.

И смотрит при этом мне в глаза, даже не смущаясь. Он увозит меня пообедать зачем-то к чёрту на рога. Он осматривает мой дом… чтобы понять, где камера? Он понял, где камера, выбрал нужную позицию и попросил (впервые!) его поцеловать. И эта фраза его: «Не здесь». Он знал, что нас снимают, поэтому и унёс меня в комнату.