Царь нигилистов 5 (СИ)

— Есть что-нибудь более демократическое? — спросил Саша, когда они вышли на улицу.

— Самуэль Брунст, — сказал Рихтер. — Не так великолепно, но подешевле.

— Далеко?

— На Малой Морской. Дом 4.

— Пешочком, — сказал Саша, — давайте прогуляемся.

Ателье Брунста было поменьше, чем у Норденштрема, но смотрелось ещё очень прилично. Цена оказалась 200 рублей.

— Дороговато, — сказал Саша. — Пойдём ещё погуляем. Должно же быть у кого-то нормальное соотношение цена-качество.

— Если вернуться назад и перейти через Фонтанку будет ещё дешевле, — заметила Тютчева.

— А я кто? — поинтересовался Саша.

— Великий князь, — заметил Рихтер.

— Обер-офицер, — поправил Саша. — Не полковник же, как вы, Оттон Борисович.

Перешли через Фонтанку по Аничкову мосту, пересекли Владимирский проспект, пока не остановились перед домом номер 65, точнее его четырёхэтажным флигелем со средней паршивости вывеской: «Каплун А. Военный портной».

Внутри оказалась единственная комната, тоже средней паршивости, но зеркало имелось и пара не самых новых кресел — тоже.

Зато хозяин был сама обходительность.

— Проходите, господа! Присаживайтесь! Безмерно рад!

Саша и Тютчева сели в кресла, Рихтер остался стоять, ибо больше кресел не было.

— Сейчас, сейчас, Ваше Высокоблагородие! — воскликнул портной.

Исчез на пару минут и вернулся с простым венским стулом. Оттон Борисович со вздохом сел.

Хозяин был довольно молод, кажется, младше тридцати, щупл, подвижен и имел довольно типичную библейскую внешность и круглые очки.

— Вам нужен мундир, Ваше Высокоблагородие? — спросил он Рихтера.

— Нет, — односложно ответил Оттон Борисович.

— Мне, — сказал Саша. — Господин, Каплун, извините, как вас зовут? Буква «А» может обозначать разное.

— Абрам, ваша милость, — улыбнулся портной.

— А по отчеству?

— Это лишнее, — сказал хозяин, — но, если хотите, Абрам Енохович.

— Абрам Енохович, мне нужен мундир штабс-капитана Лейб-гвардии Преображенского полка, — объяснил Саша.

Каплун на минуту подвис.

— Штабс-капитана? — переспросил он. — Нас вас?

— Я молодо выгляжу, — заметил Саша.

— Может, вернемся хотя бы к Брунсту, Александр Александрович? — предложила Тютчева. — Экономия — это хорошо, но всему есть предел.

И тут ашкеназские мозги хозяина, видимо, пришли в движение, провели некую химическую реакцию и сказали: «Эврика!»

— Ваше Императорское Высочество? — несмело спросил он.