Трофей генерала Орков

Габриэль поднял свой бокал, призывая всех последовать его примеру.

– Выпьем же, за наш союз! За вас – орков! Неустрашимых, непобедимых и воинственных!

Я поднимаю свой бокал с морсом, Ирргх подносит бокал к губам, но генерал Сильверстон впивается в нас взглядом, чтобы мы не делали этого. Похоже, что его взгляд понимаем только мы, Ирргх ставит свой на место, его кожа темнеет, он чуть ли не вскакивает, но уже поздно..

Мне становится жутко, мелодия менестрелей стихает, свечи в зале мерцают, свет на мгновение тускнеет, я не понимаю, что происходит… Сердце замедляет бег в ужасе…

Супруга Азога, медленно встала и начала сильно кашлять.

– Что… Что происходит?! – вдруг вскрикнул Азог, встал, но его в секунду постигла участь его жены.

Все гости, находящиеся за столом, начали умирать, в невероятных муках. Хрипы и стоны заглушал одиночный громкий смех.

Это смеялся Габриэль.

– Вы думаете, что я не найду на вас управу?! – он подошел к почти бездыханному Азогу и немного наклонился, – Я избавлю эти земли от гноя и мерзости! Более в Ваших услугах не нуждаюсь!

Ирргх схватил меня за руку, я видела, как он хотел наброситься на Габриэля голыми руками, но вместо этого повел меня к выходу.

Я не могла говорить, казалось, речь покинула меня, я забыла как произносить слова. Мы петляли в коридорах чужого замка, когда нам навстречу выскочил Сильверстон.

– Скорее сюда, я проведу вас к конюшням.

Ирргх закинул меня на коня и галопом поскакал прочь с кровавого пира, который мы точно никогда не забудем.

Мы успели вовремя до закрытия порталов. Но стоило нам преодолеть их, я почувствовала, что генерал буквально заваливается за моей спиной.

Он рухнул прямо спиной на землю, выпуская меня из своей хватки. Конь громко заржал, я же спрыгнула к нему, склоняясь над ним. Орк был покрыт холодным потом, кожа была светлее обычного, кое-где на коже появились тонкие фиолетовые прожилки.

– Что с тобой? Ты же не пил вино? Не пил же…

ГЛАВА 28

АННА"

"– Ирргх, – хлопаю его по щекам, – Ты же не пил вино? – я же видела как он ставил полный бокал на стол.

Он на некоторое время приходит в себя, глаза затуманены, но уже не страстью, тянет руку к моей шее.

– Я сделал один глоток, – признается, а у меня слезы градом, этого не может быть, он же был в порядке, вывез меня оттуда, а сейчас задыхается на мои руках.