Три причины моей ненависти (СИ)

— Чего ещё можно ожидать от Гермионы Грейнджер? Только всепрощение и сострадание.

Гермиона последовала его примеру и поставила свою тарелку поверх его.

— Может быть, я и предсказуема, Малфой. Но все же это я. И я не хотела бы быть кем-то другим.

— Ты не должна быть кем-то другим, Грейнджер. Этот мир не может лишиться своей единственной надежды на спасение, — он подмигнул ей и закатал рукава рубашки. — Возвращайся в постель и поспи. Бодроперцовое уже выветривается из твоего организма, и скоро на тебя накатит сильная слабость.

— Давай я помою посуду, — Гермиона с трудом выдавила из себя эту фразу, вдруг почувствовав прилив усталости. — Ты ведь готовил.

— Грейнджер, если ты сейчас отбросишь коньки, решив погеройствовать, то твоим рыжим друзьям ничего не помешает наконец прикончить меня. Ложись под одеяло.

Она послушно кивнула и медленно поплелась в комнату, где поспешила поскорее забраться в постель. Подушка показалась девушке невероятно мягкой, а одеяло таким тёплым, что она заснула буквально через пару секунд после того как наконец легла.

Гермиона проснулась от того, что ее лихорадило. Одежда была мокрая от пота, но несмотря на жар во всем теле, она стучала зубами от холода. Девушка постаралась поплотнее укрыться одеялом, но это не помогало. Неожиданно, сквозь лихорадку, она почувствовала, как сильная боль прошлась буквально по каждому участку ее кожи. Гермиона облизала пересохшие губы и огляделась в поисках Малфоя, но его нигде не было.

"С большим трудом она поднялась на ноги и практически ползком добралась до выхода из комнаты. Девушка облокотилась спиной на дверь, чтобы немного отдохнуть, как неожиданно эта самая дверь распахнулась, и Гермиона кулем упала в ноги Малфою.

— Мерлин, Грейнджер, — он легко, словно пушинку поднял ее на руки и отнёс обратно в постель. — Да у тебя жар.

Девушка с трудом распахнула глаза и закашлялась.

— Подожди, минутку!

Драко помог ей удобнее лечь на подушку и бросился к свертку, который принёс его домовик, выуживая склянку с зельем.

— Давай, Грейнджер, за маму, папу и Гарри Поттера, — он приложил к ее губам пузырёк и заставил сделать глоток. — Вот умница.

— Малфой… связь, — хриплый шёпот - все что она смогла из себя выдавить.

— Черт, ну конечно.

Малфой откинул одеяло и быстро лёг в постель рядом с трясущейся от холода девушкой, прижимая ее лицом к своей груди.