Три любовных романа

 – А Рождество? К тому же нам придется еще некоторое время продолжать игру, пока отец окончательно не поправится и не будет в состоянии выдержать этот удар. Пока только начало!

– Я… я не могу!.. – в отчаянии воскликнула она, испуганно глядя на него. – Мне не выдержать все это снова. Теперь нам уже незачем так притворяться. Они все равно нам поверили. Я просто не сумею больше… когда вы…

– Когда я все время рядом, – сердито закончил Джордан. – Мы слишком далеко зашли, на попятный идти поздно, – отчеканил он.

 – Вам придется наступить на горло своим чувствам, как бы трудно это ни было. Советую начать прямо сейчас!

С этими словами он притянул Кэсси к себе и грубо, чуть ли не с намеренной жестокостью впился в ее губы. Джордан был слишком большим и сильным, чтобы она могла хоть как‑то сопротивляться. Все ее существо захлестнула горячая волна желания, но он все же почувствовал в ней внутреннее сопротивление и стиснул еще крепче, не отрывая губ от ее рта. Когда он ослабил натиск и слегка отпустил ее, Кэсси уже целиком была в его власти.

Руки безвольно повисли, гнев и страх исчезли без следа, уступив место какому‑то сладкому полуобморочному состоянию. Встретив пристальный взгляд его светлых глаз, она мучительно покраснела.

– Вы… вы говорили, что больше никогда… – неуверенно пролепетала она.

– Под влиянием минутного гнева я совершенно забыл об этом, – буркнул он. – Сдается мне, вас ни на мгновение нельзя оставить без присмотра, иначе вы схватите свой журналистский блокнот и броситесь брать интервью у моих родителей.

 – С этими словами он быстро направился к двери, и ей оставалось только последовать за ним. Но Джордан вовсе не собирался оставить ее одну. Заперев дверь номера, он отдал ей ключ, а когда Кэсси с обиженным видом торопливо зашагала прочь, взял ее за руку и заставил замедлить шаг. – Помните, сейчас вы как бы на сцене, Кэсси, – предупредил Джордан, когда они подошли к дверям гостиничного кафе, – с этой минуты и до нашего отъезда!

Кэсси и сама это знала, вот почему, когда он взял ее за руку, она не сделала попытки освободиться.

"

"Мать Джордана была так рада ее приходу, что Кэсси до слез смутилась и растрогалась. Дороги Рис твердо решила, что лучшей жены для сына и желать нельзя, и отец Джордана, когда они позднее навестили его, тоже не скрывал своей радости и гордости за сына. Радом была любящая семья, которой очень скоро предстояло увеличиться.