Три любовных романа

С горечью она произнесла:

— Сестра, должно быть, понять не может, куда я делась. Мне нужно спешить.

— Конечно, и те несколько секунд, которые вы сэкономили бы, протискиваясь в эту щель, имеют колоссальное значение. Странно: вы поняли, сколько прошло времени, только когда ушли от Роберта, не так ли?

На это ответить было нечего; к счастью, дверь была уже достаточно распахнута, и она могла выйти наружу. Единственное, что ей надо было сделать, — это высвободиться из его объятий, которые уже ослабли, и постараться сделать вид, хотя бы для себя самой, что ее поспешное и весьма неэлегантное бегство не усугубило идиотизма всей ситуации.

Она бежала к машине, сдерживаясь, чтобы не оглянуться на Грея, который, как ей казалось, пристально наблюдал за ней.

Сара с такой силой нажала на сцепление, что гравий вылетел из‑под колес, когда она разворачивала машину, и, конечно же, Грей наблюдал за ней с непроницаемым выражением лица, когда она, не удержавшись от соблазна, взглянула на него, перед тем как отъехать.

Когда она приехала домой, Салли не терпелось все у нее выспросить.

— Бедняжка, ты, должно быть, страшно смутилась, — заметила она, когда Сара рассказала ей, как Грей вошел в комнату и увидел, что она роется в письменном столе. — Все равно он должен бы тебя благодарить за то, что ты посидела с мальчиком.

— Как видишь — нет, — ответила Сара с кривой улыбкой.

— Бедняга. Я ему не завидую, — сказал позднее Росс за чашкой кофе.

Салли игриво бросила в него подушкой."

"— Мужчины, все вы одинаковы, горой стоите друг за друга, — сказала она с укором. — Какой настоящий отец оставил бы шестилетнего сына под присмотром миссис Джекобс?

— Отец, у которого нет другого выхода, — поправил Росс.

— Мм, ну, знаешь, если бы ты поступил так со своими детьми… — начала Салли, но он прервал ее, поднимаясь, чтобы вернуть ей подушку, поддразнивая и широко улыбаясь:

— Мне этого делать не придется, ведь у меня есть ты, правда?

Сара не могла не заведовать той близости, которая существовала между сестрой и ее мужем.

— Не сердись на Грея, — обратился к ней Росс. — Ему пришлось нелегко.