Третий глаз-алмаз

– Совсем?

– Практически нет, здоровались при встрече, но слова «добрый день» вряд ли можно считать дружеской беседой, – пояснила Наталья Петровна.

– Говорят, она крепко пила.

– Не замечала, – равнодушно ответила Килькина, – достаточно приветливая особа, выглядела аккуратно. Мне некогда следить за соседями, я очень занята.

– Вы жили на одной площадке, – не успокаивалась я.

– Верно, – согласилась учительница, – извините, я не приглашаю вас в дом, ребенок спит. И потом, откровенно говоря, я не знаю, какую инфекцию он подцепил, может быть, что-то заразное.

– Меня не смущает беседа на лестнице, – улыбнулась я.

Наталья Петровна вышла из квартиры и прикрыла дверь.

– Право, это неучтиво, но, принимая в расчет обстоятельства, придется тут беседовать. Спрашивайте, мой племянник юрист, я отлично понимаю, насколько важны показания свидетелей, вот только настоящим свидетелем меня назвать трудно!

– Как вы узнали о смерти Светланы?

– Услышала шум на лестнице – у нас двери и стены чересчур тонкие, – почти дословно повторила слова Татьяны Килькина.

– Девочка? – переспросила я.

– Светлана совсем юная, – сказала Наталья Петровна, – она плохо выглядела, но я работаю в основном с молодыми людьми и поняла, что ей около тридцати, никак не больше!

– Хорош ребенок, – хмыкнула я.

Килькина сложила руки на груди.

– В мои семьдесят любой человек моложе сорока кажется ребенком.

– Вы замечательно выглядите, – отметила я.

Учительница выпрямилась.

– Слежу за собой, утром бегаю по пустырю, обливаюсь холодной водой, а главное, не допускаю в сознание мрачных, депрессивных мыслей, они старят хуже прожитых лет. Я и детей этому учу – думай о людях хорошо, и они к тебе отнесутся так же, прогнозируй благополучный исход любого предприятия, и дело завершится удачно.

– Мне нравится ваш оптимизм, но вернемся к Лукашиной. Вы не общались?

– Нет.

– Никаких подробностей о ней не расскажете?

– Рада бы помочь, но не владею информацией.

– Неужели Света ни разу к вам не заглянула?

– Зачем?

– Соли одолжить, сахара, денег?

– Нет, такого не случалось, – развела руками Наталья Петровна, – ни она ко мне, ни я к ней не заходила.

– Вы в курсе, где Лукашина держала ключи от двери?

Килькина растерялась.

– Наверное, в сумке, – предположила она.

– Вас видели выходящей из ее квартиры, – откровенно обвинила я учительницу.