Третье пророчество

Однажды поздним вечером он все-таки забрел со своей огромной собакой в этот плохой лес. Не прошли они вглубь и двадцати шагов, как в темноте послышались странные звуки – как будто кто-то продирался сквозь чащу. Он посветил кругом своим мощным фонариком, но никого не обнаружил. Самое интересное, что собака вроде бы и не услышала этих звуков. А потом в глубине леса послышался необычный крик. Это был крик и не человека, и не животного. Может быть, какой-то ночной птицы? Вот этот звук собака уже услышала, уперлась четырьмя лапами в землю, подняла шерсть дыбом и категорически отказалась идти дальше.

"Так что сказка, которую придумала жена для внучки, основывалась, можно сказать, на реальных событиях. Ему очень понравилось такое художественное осмысление действительности, и еще ему понравилась сама идея сказки.

Потом в связи с лесом возникла новая сюжетная линия. Оказалось, детей в их дачном поселке терроризирует страшный волк, который хочет съесть тех из них, которые плохо завтракают и обедают. Этот прием бабушки ему показался уже не таким педагогически правильным и не слишком-то достоверным. Получалось, что пухленьких и хорошо обедающих детей, по бабушкиной версии, волк почему-то не трогал.

– А это почему? – логично удивились внучка одновременно с дедушкой.

– А потому что в свое время этот волк съел очень много детей и страшно растолстел. И с тех пор сел на диету. Поэтому ему теперь нельзя есть детей, которые хорошо сами кушают, – моментально отреагировала бабушка и победоносно посмотрела на дедушку.

Так или иначе, вечером ему пришлось, сидя у внучкиной кроватки, рассказывать свою сказку про плохой и хороший лес, а также про то, какие меры лично он, дедушка, принял, чтобы найти и обезвредить страшного волка.

Сказка явно не клеилась, а после его фантазий о том, как однажды хитрая лисица обнаружила, что потеряла в плохом лесу всю свою агентурную сеть, он был навсегда отстранен от вечернего сочинительства.

* * *– Дедушка, а почему эти попугаи были такими веселыми? – уточнила внучка.

– Ну... они взяли и развеселились, – неуверенным голосом сказал дедушка и почувствовал на себе насмешливый взгляд собственной жены.