Тренинг для любовницы

 — Да хотя бы показаний свидетелей, которые бы говорили против него, улик и соответствующего заключения экспертизы! Вам этого мало или еще перечислить?

— Одного чистосердечного признания, выходит, недостаточно?

— Да вы его читали, это признание?! — вырвалось у следователя.

Но, заметив ошеломленные лица подруг, он осекся:

— Нет, конечно, что я говорю! Как вы могли его читать? Хотя… Судя по вашей пройдошливости и тому, что вас постоянно застают возле трупа очередной жертвы, может быть, вы и на стройке побывать успели?

— Нас там не было! Клянемся!

— Мы бы вам сказали.

Следователь покачал головой и снова заговорил, все еще горячась:

— Знаете, девочки, я просто не могу поверить тому признанию, которое мы нашли при самоубийце.

— Почему?

— Да потому что это не признание, а бред сумасшедшего. Белая горячка! Параноидальный бред! Называйте как хотите, но к делу я эту бумагу подшивать отказываюсь.

— А можно нам ее тоже посмотреть?

— Незачем! И так могу рассказать, что там написано.

— Все же лучше, если мы прочитаем сами.

— Письмо у экспертов, — недовольным голосом отозвался следователь. — А написано там следующее: дорогие мои друзья и родственники, живите дальше в согласии со словом Божьим, а я все указания гласа Господнего уже выполнил. Наказал падшую грешницу и оных с ней. И теперь предаю себя огню чистилища.

И, посмотрев на подруг, он произнес:

— Представляете себе, что такое может быть оглашено в официальном расследовании?

Подруги переглянулись. В том, что у всех последователей Апостола крыша уехала далеко и надолго, они не сомневались.

— Да точно так же! — воскликнул следователь. — Не верю я в то, что он убил Апостола. И не мог он убить хозяйку притона.

— А дочь мог?

Следователь заколебался с ответом.

— А тех двоих почему не мог? Апостола и Каллиопу?

— В первом случае потому, что следы на теле у жертвы не подходят по размерам.

— Не понимаю. А как же письмо, в котором он кается в убийстве Каллиопы?

— Ну, он ведь имен не называет. Говорит просто, что наказал блудниц. То есть надо понимать, что свою дочь и еще одну женщину.

— А Апостола?

— И его тоже.

— Его отец Алены тоже счел грешником?

— Видимо, так.