Требуется жених. Людей просьба не беспокоить!

Я не стала вдаваться в подробности того, что случилось со мной, если герцог захочет, он все узнает сам, только попросила приглядеть за тем, чтобы негодяй получил по заслугам за свое прошлое преступление.

– Рози, птичка, отнеси это письмо на почту, вот тебе монетка.

Розали повертела в руках конверт.

– Для кого это, мамуля?

– Это по работе.

Вечером от герцога доставили ответ, его привез кучер и передал мадам Пирип. Картонная карточка в безупречно белом конверте с золотой тесьмой. Несколько строк каллиграфическим почерком: «Барон Руперт Ви’Тон проведет остаток жизни в заключении.

Вот так. Вот и хорошо. С этим делом покончено. А Брану знать вовсе не обязательно.

Глава 48

Когда я впервые после болезни вышла на улицу, стояла чудесная летняя погода. Вопреки опасениям, пироги и плюшки никак не отразились на моей фигуре, наоборот, пришлось затянуть поясок потуже.

Я хотела прогуляться с Рози по парку, но сил хватило лишь на то, чтобы добрести до первой попавшейся скамейки.

– Воробушек, ты можешь покататься на качелях. Я буду следить отсюда.

Розали озабоченно смотрела на меня и не торопилась уходить.

– Нет, мамуль, мне тут хорошо с тобой, на этой скамеечке, – заявила она, села рядышком, прижалась теплым боком.

– Стоит на минуту выпустить тебя из виду, как ты сразу ввязываешься в приключения. – С другого края скамейки пристроился Бран. – Неужели нельзя было дождаться меня? А если ты свалишься?

Я вздохнула и положила голову на его плечо.

– Не свалюсь. Я взрослая женщина, между прочим. Ты ведь не можешь все время нянчиться со мной, как с ребенком.

– Почему нет? – Бран поцеловал меня в висок. – Мне нравится с тобой нянчиться. Не лишай меня этого удовольствия.

– А со мной? – ревниво спросила Рози."

"Мы рассмеялись и, чтобы доказать птичке, что нам обоим нравится с ней нянчиться, отправились добывать мороженое. Я ползла, повиснув на Бране, и ощущала себя развалиной. Бран же делал вид, что это он сам внезапно полюбил передвигаться черепашьим шагом, да и вообще – куда торопиться?

Рози нарезала вокруг нас круги, беззаботная, как и прежде.

– Ты заставил ее забыть? – тихо спросила я.

Если и так, я не против: о некоторых вещах лучше никогда не вспоминать. Но Бран покачал головой:

– Нет. Просто поговорил. Объяснил, что страшный старик никогда не вернется. Что я буду рядом и не дам ее в обиду.

Я покосилась на него. Бран не из тех людей, кто разбрасывается словами.