Требуются родители. История попаданки

— Да, вечер сегодня весьма замечательный… — туманно произнесла миссис Шоу, снимая с себя тёплое пальто и величественно повесила прямо мне на голову, будто я вешало.

Мда-а.

— Проходите… — сказала я и всё.

Миссис Эмма-Габриэль Шоу прошла мимо дивана и высокомерно обернулась, и тут же изменилась в лице — побледнела, потом посерела и в конце порозовела.

Она положила руки на грудь и сдавленно воскликнула:

— Эрик?!

Эрик вздохнул.

— Ты не обозналась. Увы, — сгримасничал он.

Миссис Шоу часто заморгала и завертела головой, как бы прогоняя непрошенное видение.

— Что… — она снова тряхнула головой и потом присела на краешек дивана, рядом с сыном. — Ради всего святого, Эрик?! Что произошло? Почему ты здесь?

Эрик скривился от изобилия вопросов и посмотрел на меня так, будто это я виновата во всех его грехах.

Я повесила пальто миссис Шоу в шкаф и тихонечко подобралась к ним. Присела с другой стороны от Эрика и положила свою ладошку ему на коленку.

Этот жест не ускользнул от миссис Шоу и она стала очень серьёзной.

— Эрик недавно неудачно упал, но уже очень скоро снова будет как новенький, — нервно рассмеялась я, не зная, куда деться от буравящего взгляда этой женщины.

А ведь раньше она на меня по-другому смотрела, а сейчас так… оценивающе, что-ли.

— Мама, Аврора моя подруга… Очень близкая подруга…

— Кхм! Кхм! — прокашлялась я и пнула его легонько локтём.

Эрик вздохнул и сказал:

— Аврора Варго — моя женщина.

Мне захотелось Эрика сию минуту придушить!

Миссис Шоу нервно рассмеялась, переводя взгляд с Эрика на меня и обратно.

— Эрик, какая бабушка? Что за шутки? Какая Аврора Варго? Ты женился?

— Мама, мы с тобой общались в последний раз пять лет назад. Как думаешь, я за это время что делал? Вполне естественно, что у меня есть ребёнок и женщина.

Миссис Шоу поджала губы от недовольства, которое так же лилось и из уст её сына, и сказала:

— Мы не общались с тобой, потому что ты сам попросил меня об этом. Помнишь, что ты сказал? Ты сказал, что если у меня есть хоть капля любви к тебе, то я никогда тебя не побеспокою… — у чопорной и идеальной женщины, вдруг задрожал подбородок, а идеальной формы губы, скривились в преддверии слёз.