Требуются девушки для работы в Японию

Они быстро скрутили мне руки и засунули в машину. Я постаралась унять дрожь, но так и не смогла справиться с собой. С ума сойти: средь бела дня на самой шумной улице Токио похищают девушку — и никому до этого нет дела! В России бы уже давно вызвали милицию. Лысый ехал впереди, а мы сзади. Я периодически посматривала на братков, но они не обращали на меня никакого внимания.

Примерно через полчаса джип притормозил у того же самого дома, где пару дней назад мне пришлось познакомиться с Григоричем. Выйдя из машины, я поправила костюм и проследовала за братками.

Следом за мной в гостиную вбежал лысый и громко закричал:

— Григорич! Эта сучка не хотела садиться в машину, концерт закатила, разбила

трубку! Пришлось пацанам подключиться, силой привезли!

— Хорошо, Костик. Ты свободен.

Как только лысый удалился, Григорич заметно занервничал и спросил:

— Ты что, дочка, творишь? Ни разу не позвонила, пропала неизвестно куда! Разве мы так договаривались?

— Нет.

— Тогда в чем дело?

— У меня не было времени.

— Ты что, была так занята?

— Да, была.

— Ты, наверное, в постели все это время кувыркалась ?

— Можно и так сказать.

— Выпить хочешь?

— Хочу.

Григорич налил мне рюмку, и я моментально осушила ее ничем не закусывая. Как только алкоголь начал действовать, мне стало значительно легче.

— Пленка у тебя?

— Нет у меня никакой пленки.

— Как это — нет?

— Марат не убивал Толика.

— С чего ты взял?

— Я это знаю точно. Толика убил не он.

— Обоснуй.

— В тот день, когда убили Толика, Марата увезли похитители с целью получить с него деньги.

— Какие еще похитители?

— Рустама знаешь?

— Что-то не припомню.

— Рустам увез Марата, так как он занял у него баксы, и продержал у себя больше суток.

— И что, Марат отдал деньги?

— Пришлось. Но он все это время просидел в подвале и никакого отношения к убийству Толика не имеет.

— Это он врет. Марат его на дух не переносил. Ты отвечаешь за свои слова?

— Вполне. Марат не убивал Толика.

— А ты неплохо поработала, дочка. Я смотрю, Марат тебя к себе в душу пустил. Не зря я тебе такой номер снял.

— Мы поссорились.

— Почему?

— Поссорились, и все.

— Ты, дочка, пей коньяк.

Григорич налил мне новую порцию, и я опять выпила ее до дна.