Требуются девушки для работы в Японию

Купив пару недорогих, но довольно симпатичных платьев, бросила их в машину и сходила за бутылкой отменного джина — того самого, которым угощал меня Григорич. Вернувшись назад, я протянула Натке платье.

— Примерь. Я думаю, что оно тебе подойдет.

Переодевшись, мы сели друг напротив друга и открыли джин.

— Рюмок нет. Придется пить из бутылки. Хотя погоди.

Я подошла к машине и порылась в бардачке. К моей радости, там оказалась пара пластиковых рюмок, словно специально приготовленных для нас. Разлив джин, я подняла рюмку и посмотрела на Натку.

— За тебя.

— И за тебя.

Отдыхающие японцы недружелюбно косились на нас, но мы старались не обращать на них никакого внимания и продолжали наслаждаться джином.

— Ирина, но ты же за рулем! — спохватилась Натка.

— Ну и черт с ним, с этим рулем!

— Жалко, что ты не взяла что-нибудь закусить.

— Натка, бумажник не резиновый, деньги подходят к концу. Надо экономить. Я, конечно, могла взять бутылку дешевого вина, но мне захотелось, чтобы ты попробовала настоящий лондонский джин.

Ты же чувствуешь, что его даже не надо запивать. — Это напиток богов. Уж если гулять — так гулять!

У нас не было ни покрывала, ни купальников. Мы лежали в легких платьях прямо на песке, и пили джин.

— Натка, а твой дипломат точно нам поможет?

— Поможет.

— Ты так уверенно говоришь… Он что, в тебя влюбился, что ли?

— Влюбился.

— В тебя грех не влюбиться, ты такая красивая! Натуральная блондинка, волосы ниже задницы. Губа не дура у этого дипломата.

— Когда ты пропала, Янг приезжал в кабаре каждый день и увозил меня либо на яхту, либо на небольшую виллу.

Наши отношения мало походили на отношения проститутки и клиента. Когда мы были в постели, он целовал каждую клеточку моего тела, старался доставить удовольствие только мне, совершенно не думая о себе. Рядом с кроватью он ставил букеты с цветами, и комната наполнялась дивными ароматами. Рано утром он приносил мне кофе с шоколадным мороженым прямо в постель. Единственное, что его угнетало, так это то, что я русская проститутка и не могу принадлежать самой себе. В общем, он был смущен тем, что я не свободна.

— Как это — не свободна, ты что, крепостная, что ли? Вот вернемся на родину, и будешь свободна.

— Знаешь, эти отношения с Янгом пугают меня. Григорич вызывал меня к себе, спрашивал, что у нас было, о чем говорили. Он хотел, чтобы я рассказывала все до мельчайших подробностей, и когда мы встречались с Янгом, мне казалось, что он лежал третьим в постели. Это не может не настораживать.