Трактир «Разбитые надежды»

Леха не смог с ходу определить, что это за люди. На них были одинаковые темные блузы и такие же шапки-маски с прорезями для глаз и рта. Один из неизвестных ухватил Лилию за плечо. Та оглушительно закричала, развернулась на месте, в руке ее мелькнул позаимствованный у Марата нож, и в тот же миг кровь хлынула из пробитого горла врага. Девушка успела схватиться за автомат, когда другой нападавший снес ее плечом и навалился сверху. Будто кто-то полоснул Лешагу ножом по груди. Еще мгновение назад он думал лишь освободить вздорную девчонку, но сейчас только смерть всех этих обряженных в маски выродков могла успокоить закипевшую от холодной ярости кровь.

Между тем Лилии скрутили руки, связали их за спиной и занялись телом мертвого товарища. Не мудрствуя лукаво, с него сняли одежду, даже пробитую на горле окровавленную маску, и с размаху бросили в воду тело. Страж предпочел бы сейчас более обстоятельный и, главное, продолжительный обряд, — вместо этого дележ занимал внимание неведомых хищников, совсем как брошенный в стаю ломоть мяса.

Ученик Старого Бирюка мягко скользнул в воду, держа оружие у плеча. Люди на берегу все еще были заняты растаскиванием имущества убитого.

Холодная вода обжигала ноги, однако Лешага не чувствовал этого. Им уже владело радостное возбуждение, которое появлялось всякий раз перед схваткой. Не доходя до места дележки, он выбрался на берег и, сделав небольшой крюк, оказался возле пленницы. Та крутила головой, пытаясь избавиться от кляпа.

— Тихо сиди! — цыкнул один из стражей и умер первым. Кровь из перерезанного горла брызнула на девушку, та попыталась вскочить в испуге, но Леха осадил ее наземь, второй рукой придерживая вдруг обвисшего на клинке ножа молчаливого караульщика.

— Тсс… — прошипел он, подхватывая одно из безжизненных тел и неся его к обрывистому берегу. Девушка сидела, в ужасе распахнув глаза. Труп плюхнулся в воду, моментально вызвав ажиотажный интерес у спорщиков на берегу.