Трактир «Разбитые надежды»

— Их пятеро было у белой стены, растущей из белых скал, — певец картинно поднял руку, точно предлагая взглянуть на воображаемые горные отроги. — Им путь предначертан был через валы, сквозь гибели страшный оскал. Тропу освещали на стрелах огни, а бой затихал на стене. И то сохранить присягнули они, что жизни и смерти важней.

— Остановись! — Лешага повернулся. — Не сейчас.

— О, прости, светлый рыцарь. Действительно, о чем это я, ведь тут же грядет бой!

— Тут грядет поход. Развяжи остальных, — не глядя на знакомца, проговорил ученик Старого Бирюка.

Раздольник медленно растер запястья, размял шею, будто опасаясь, что Лешага сейчас передумает.

— Давай, поторапливайся! — недовольно рявкнул воин.

— Ты что же, решил оставить нам жизнь?! — изумлению пленника не было предела.

— Сейчас присягнете на оружии, — игнорируя вопрос, проговорил Леха. — Если кто передумал, скажите об этом сразу, я убью его быстро. С этого часа забудьте, что когда-то были раздольниками. Украдете хоть обглоданную кость из собачьей миски — и вы покойники.

— Правильно, Лешага, правильно! — вскочил на ноги Марат. — Это лучшая победа!

— Отстань, не вопи. Лучше пока замаскируй кострище. Сейчас направляемся к Серой Воде. Там есть небольшой поселок речников. Сможем заночевать, а поутру, если сильного ветра не будет, сядем на лодки и сплавимся вниз по течению. От Серой Воды до Трактира не больше трех суток пути. — Он критически поглядел на вооруженную толпу раздольников, сказителя, Марата.

— Не ходи туда, — негромко произнес освобожденный раздольник.

— Это еще почему?

— Просто не ходи.

Глава 19

Лешага шел медленно, словно тянул за собой груженый воз. Плетущийся рядом Черный то и дело норовил потереться о его ногу, приглашая, как прежде, броситься вперед и мчаться, чтоб захватывало дух. Мчаться, раздувая ноздри в радостном возбуждении, с наслаждением втягивая бесчисленные запахи леса и близкой реки.

"Конечно, эти разговоры и близко не походили на ропот.