Трактир «Разбитые надежды»

Он заметил примятую траву и кое-где сломанные на уровне груди тонкие ветки. «Интересно, куда шли? За мной или к бунку?» Он глянул вперед. Ушастый кролик сосредоточенно, точно задумавшись, жевал траву в тени гигантского, размером с плащ-накидку, лопуха. Снаружи виднелась лишь одна голова. Так что, возможно, под лопухом скрывалось еще некоторое количество его собратьев, однако ничего крупнее длинноухого зверька впереди не было видно.

Лешага вернулся сознанием к оставленному за спиной лесу, холмам и невидимой, но все же непреодолимой черте барьера Ужаса.

«Как же такое возможно?» — удивился бывший страж. И вдруг увидел, как там, далеко за его спиной, округу заволакивает уже знакомый непроницаемый туман и без спешки, но и без остановок, движется ему вослед.

* * *Лилия продолжала злиться, и в то же время ее не оставляла тревога.

«А вдруг с Лешагой что-то случится? Вдруг он погибнет? Что тогда будет со мной?!» — подсказывало сознание.

Дверь приоткрылась.

— Он вернулся, — ровным, без интонации, голосом оповестил дежуривший в коридоре смиренный брат.

— Вернулся?! — тревога отхлынула, словно растворилась в затхлом воздухе.

— Нет.

Лилия поджала губы. Девушку душило негодование: в ее глазах победа придавала хоть какой-то смысл поступкам ее мужчины. А теперь исчезло последнее оправдание. Выходит, она страдала здесь, изводила себя лишь для того, чтобы драгоценный Лешага мог прогуляться и поохотиться на волкоглавых?! «С чего это вдруг я решила, что он защищал нас? Этот авантюрист просто обожает убивать. Может, и меня убьет, если вдруг чем-то его прогневлю? Чудовище, хладнокровное и жестокое чудовище.

— Он велел передать, — все так же, без следа эмоций, вещал послушник, — что, как только переговорит с отцом Настоятелем, сразу же придет.

— Ах, как любезно! — с деланым восторгом отозвалась Лилия. — Высокий господин почтит меня своим визитом.

— Он так сказал.

— Закрой дверь с той стороны! — она бросила об пол опустошенную чешуйчатым миску.