Замуж второй раз, или Еще посмотрим, кто из нас попал!

Тело наливалось тяжестью, глаза закрывались.

Мужчины замолчали, и я, с трудом открыв глаза, увидела их сосредоточенные лица. Не было долгих ритуалов, пассов руками, но я кожей чувствовала, как напряжение разливается в воздухе. Слышалось едва уловимое гудение, как рядом с будкой высокого напряжения.

– Замыкай круг, – произнес Дениэль, делая шаг к моему изголовью. Дарстен так же шагнул, только к моим ногам.

Я смотрела на Максимилиана и не заметила руку, которая легла мне на нос и рот, перекрывая доступ кислорода.

«Кажется, я ошиблась и жертва все-таки сегодня будет», – мелькнула последняя мысль.

Глава 27

Недолгие ощущения, как будто я проваливаюсь куда-то, рывок… Темнота рассеялась, и я увидела собственное безвольное тело на алтаре. Поняла, что наблюдаю с высоты. Лица мужчин были сосредоточенны. Символы на полу горели синим огнем, пространство вокруг алтаря очерчивал сияющий круг, и воздух по его контуру вибрировал.

Гул, что я слышала до этого, не пропал и сейчас, наоборот – усилился, сливаясь в одну пронзительную ноту.

– Давай, девочка! Веди нас, – произнес Берийский. И я почувствовала, что сила, удерживающая меня рядом с ним, ослабевает. Но не пропадает полностью. Сравнимо с тем, как если бы я была собакой, рвущейся вперед и натягивающей поводок, который держит хозяин.

Пространство смещалось, и мы как по тоннелю устремились вниз. Ощущения – как в трубе аквапарка при спуске. Падение на скорости, и наконец – незнакомая комната.

Дениэль негромко выругался, подходя к больничной койке.

– Это ты? – спросил меня.

– Да, – ответила я, не слыша собственного голоса. Неудивительно, что он переспросил. Узнать в бледном исхудавшем теле себя прежнюю было сложно даже мне самой.

Берийский подошел к кровати и положил руку на солнечное сплетение.

– Иди ко мне! – властно произнес он.

Мое тело дернулось, выгибаясь и опадая. Оставляя в ладони некроманта сгусток света в виде шара. Тревожно запищала аппаратура.

– Готовь браслеты, – бросил он Дарстену.

Я посмотрела на мужа, а тот застыл, глядя на бесчувственную женщину перед ним.

– Максимилиан! – рыкнул Берийский. И лишь тогда тот отмер, доставая из кармана наши брачные браслеты. Один надел себе на руку.

– Иди! – сказал некромант. Какая-то сила толкнула меня в тело, и все померкло.