Точка заката

— Петр Семенович тебя очень рекомендовал, — признался мужчина. — Хоть он и сам не знает, почему так за тебя печется.

Я молчал.

— Ладно, — вздохнул собеседник. — Собирай манатки — и через десять минут на КПП. На месте посмотрим, как вживешься. Звать Оператор.

Мужчина встал и протянул мне руку.

— Юрий. — Я шагнул вперед и пожал ее.

— Хм… ну посмотрим, какой ты Юрий, — непонятно молвил Оператор. Что же они все так любили кого-то цитировать? Даже и непонятно кого.

Часть вторая

Тактические операции

Есть у Меня и другие овцы, которые не сего двора, и тех надлежит Мне привести: и они услышат голос Мой, и будет одно стадо и один Пастырь.

Евангелие от ИоаннаГлава 1

— Нас двадцать четыре. Ровно, — сообщил Оператор, как только вертолет окончательно устаканился на площадке и шум его винтов начал стихать. — Поделены на четыре отделения по шесть. Ты пока идешь ко мне в отделение, потому что чехарды сейчас устраивать никто не хочет, а бойца выбило именно в моем, командирском.

— Выбило? — лишь переспросил я.

— Да, выбило. Ушел в резерв.

— Он жив?

— Он отправился в резерв. Это для нас главное. Мы не говорим «умер» или «искалечен». Мы говорим — «в резерве», что значит — больше не в строю. Этот — выжил. Долго объяснять детали. Коротко — он сжег себя на недавней операции. Нужно так было, иначе бы все легли. Сейчас он ни ходить нормально, ни уж тем более воевать больше не может. Часть функций потом восстановится, но он не боец. Ранняя пенсия. Резерв. Ты вообще знаешь, что такое разовые бланки?

Я неопределенно пожал плечами.

Конечно, по самому названию можно и догадаться, о чем вдет речь, но сталкиваться с подобными вещами мне не приходилось. Да не очень-то и хотелось, если честно. Тут на всю жизнь бланк вводишь и не знаешь, чем это может закончиться… Но одно дело — рискнуть единожды. А еще и разовые бланки — это, по мне, уже слишком.

Оператор объяснять ничего не стал, видимо, решив, что раз мне неинтересно продолжение, то и не к спеху.

— Я прикреплен к этому отделению весьма формально, как ты понимаешь.

— А как его зовут-то? — заспешил я, пока он не ушел. — На самом деле? Не Бронзу же мне искать.

— Почему это? Бронзу и ищи. А как зовут, я уж и не помню. Да ты его увидишь, сразу поймешь, что это он, искать и не надо. Они все там, в казарме.

— Мать твою, я думал, Опер шутит.