Точка росы

— Да вы что! Ничего он не знает! Вы бы на рожу его довольную посмотрели! Станет человек тратить бабки, если его вот-вот посадят! Он их зароет куда-нибудь, чтобы потом выйти и откопать!

— Он не на себя их тратит, — раздраженно проговорил Тыбинь.

— А на кого же?

— Неважно. На подарки. И по родне он сегодня ездил не просто так. Деньги, которые взял в тайнике, раздавал...

— Почему же он не бежит?

— Куда? Он не умеет прятаться, я думаю...

— Лопух! Лох последний!

Дербенев неожиданно появился в витринах первого этажа, расправив плечики, высокомерно и презрительно поглядывая в угрожающую темноту окон.

— Пожалуй, знает... — вздохнул стажер, поймав гневный взгляд объекта. — Но как он...

— Что будем делать? — перебила его Кира, обращаясь к Тыбиню.

— Оперу нужно докладывать! — тут же влез Ролик.

— Да заткнись ты, наконец!

Гневный окрик обычно сдержанной и доброжелательной Кобры заставил ошарашенного стажера умолкнуть.

Старый отрицательно покачал тяжелой головой.

— Не будем пока. Я сам пойду на него посмотреть.

— Он тебя узнает! — встревожилась Кира, почуяв неладное. — Он вспомнит тебя! Ты же с ними в бильярд играл! Миша, ты не взял связь!

Но Тыбинь, не слушая, вылез из покачнувшейся машины и тяжелой медвежьей походкой направился к дверям. Когда он что-то задумывал, никто не мог его остановить.

Автоматические стеклянные двери гостеприимно раздвинулись. Пахнуло теплом. Старый вошел. Он еще сам не решил, что будет делать, и не был уверен, что поступает правильно.

Чувство противоречия кому-то — не то грубой властности старичка Лермана, не то бессмысленной, несправедливой определенности жизненного уклада — толкало его вперед. Он не любил быть подневольным тупым исполнителем. Он должен был верить.

Дербенева он нашел в отделе игрушек, у кассы. Не прячась, не используя приемов оперативной маскировки, в которых он был дока, Старый просто встал у белой гладкой колонны, наблюдая метания человека, попавшего в переплет.

Было странно — но именно теперь, когда он полностью раскрылся, объект не обращал на него никакого внимания. “Оглянись! — со злостью говорил про себя Тыбинь. — Оглянись же, черт возьми! Увидь меня! Я здесь!”

Тимур Дербенев купил огромную мягкую игрушку — белого пятнистого далматинца с красной пастью — и потащил ее в пластиковом мешке мимо Тыбиня.

— Осторожнее, мешок порвется! — сказал ему Старый.

— Благодарю...