Точка росы

“Чересчур заняты собой”, — отметил Андрей. “Это хорошо... наверное. Бредятина, я же не на работе!”

— Куда мы идем?! — возмутилась Оксана. — Ты меня тащишь, как мент! Где человек отравился?! Я хочу посмотреть!

Она все вырывалась, все оглядывалась через плечо, прижимая к полной груди маленькую мягкую сумочку.

— Что происходит, черт возьми?! Может, ты двинутый?! Я сейчас заору! А-а!..

Прикрыв ей рот, Андрей поспешно увлек девушку в темный служебный тупик.

— Тихо! Я — офицер спецслужбы! Вот кобура под свитером, пощупай! Отряд “Кобра” — слыхала? Ну и хорошо, тебе не нужно.

Будешь много знать — могут ликвидировать.

— Мамочки! Кто может?!

— Кому нужно, тот и может! Ты со мной — в потенциальной опасности! Здесь есть человек, который может меня узнать — и тогда мне крышка! Ну и тебе попутно тоже, — нагоняя страх, проговорил Лехельт.

— Ты гонишь! — в голосе Ксаночки звучали восторг и недоверие.

— Хочешь убедиться?

— Н-нет... пожалуй, не хочу...

— Тогда — расходимся! Я ухожу первым. Совсем. Позже позвоню...

если выберусь. Меня не ищи и никому не рассказывай. Мы — агенты смерти, мы как бы не существуем, поняла?! Молодец. Успокойся.

Можешь пойти досмотреть второй акт. Только не волнуйся.

— Да я и не волнуюсь вовсе. Это ты весь трясешься. Пожалуйста, иди, если надо. Только ты, по-моему, мозги мне пудришь... подумаешь, кобура под свитером...

— Да вот же удостоверение!

Она еще что-то говорила, но Лехельт уже не слушал. Поспешно подойдя к выходу из тупичка, он одернул свитер, вздохнул и, опустив голову, вышел на свет, сразу повернув налево, к лестнице.

И тут же наскочил на Маринку с Ромой. Они поджидали его за углом, ехидно посмеиваясь.

— Видишь, Мариночка, — указывая на Андрея широкой ладонью, как натуралист на кактус, сказал Роман, — я был прав. Вот первый экземпляр. А второй, наверное, еще прячется в берлоге. Да? — сухо и насмешливо обратился он к Андрею.

— Никого там нет. — отводя глаза, буркнул Лехельт. — Дайте пройти, я тороплюсь.

И тут позади него раздался истошный Оксанкин вопль:"

"— Номерок! Лехельт, сволочь, ты унес мой номерок! Моя шуба! Вернись!

— О-о.

.. — бессильно застонал Андрей. Отпираться не имело смысла. Он поднял глаза. Рома возвышался над ним во всей мужской красе, при галстуке, облаченный в прекрасную тройку. Его круглые светлые глаза смотрели сквозь очки с беспощадностью Великого инквизитора. Разведчик Лехельт тотчас почувствовал свое ничтожество, усугубленное мятыми джинсами, неказистым свитером и небритыми щеками с царапиной.