Точка Бифуркации XII

— Где княжна⁈ — внезапно закричала женщина-телохранитель, бешеным взглядом озираясь по сторонам. — Алиса Евгеньевна!

Брошенная фраза тут же запустила цепочку действий. Несколько телохранителей, включая саму Антонину, бросились обшаривать все углы помещения, заглядывая за шторы и мебель.

— Первый, у нас ЧП! — тут же бросил в рацию начальник охраны. — Повторяю! Код девять! У нас ЧП! Вашу мать, бл**ь, как они прорвались в дом⁈

Ответа из радиостанции не последовало, вместо чего внутрь гостиной, спустя мгновение, ворвалась сразу толпа охранников, так же как и все находившиеся в помещении люди, почти целиком залитые чёрной кровью.

— Вика тоже пропала! — в слезах закричала графиня Белорецкая, испуганно оглядываясь по сторонам и судорожно пересчитывая оставшихся рядом подруг.

— Так, вы трое — прочесать те три комнаты, вы… — осмотревшись вокруг испепеляющим взглядом, стал раздавать команды отвечающий за безопасность дома офицер.

Девушки его уже не слушали. Часто моргая ресницами и обливаясь слезами, они оглядывались по сторонам, периодически пересекаясь друг с другом отчаянными взглядами.

— Здесь их нет! Это бесполезно! — гневно бросила молодая графиня, злобно буравя взглядом не справившихся охранников.

— Алина, успокойся! — тут же взяла подругу под руку Воронцова. — Скоро Лёша придёт… он поможет, увидишь!

— Он даже ещё ничего не знает! — не переставая лить слёзы, срывающимся голосом ответила Белорецкая. — И не дозвониться!

— Очень сомневаюсь, что не знает… Дыши глубже, — сама едва не всхлипывая, вмешалась Морозова, до этой секунды пребывающая в абсолютном шоке от происходящего.

Пока девушки занимались успокоением друг друга, в коридоре послышались шаги нескольких пар сапог. В этот момент всё внимание девушек и бойцов перекрестилось на арочном проёме, где появилась фигура высокого молодого мужчины.

Глава 16

Некоторое время назад

Я находился в императорском дворце, в одном из просторных залов, наполненных приглушённым золотистым светом массивных люстр, куда меня провели сразу после прибытия.

Передо мной был накрыт стол — отутюженная скатерть светлых тонов, многочисленные приборы и несколько блюд, поданных на красивом фарфоре. Золотые узоры на посуде, хрусталь, преломляющий свет свечей, и серебряные приборы — всё выглядело настолько торжественно, что на мгновение я почувствовал себя неуютно среди этой роскоши — последняя неделя сказывалась, ели мы всё это время где придётся.