Точка Бифуркации IV

По ощущениям, спина в эту минуту у меня плавилась от чужого взгляда, что и подтвердили мои друзья, едва я к ним подошёл.

— Не знаю что ты ей сказал, но она тебе ещё полминуты сверлила спину. — расхохотался Максим."

"— Со всеми девками переобщался? — улыбаясь прокомментировала происходящее Маша, с лёгким сарказмом в голосе.

— Она заверила, что всё передаст Васнецову. Так что ждём. — пропуская мимо ушей шутки друзей, сообщил я главное.

После чего, под лёгкий допрос со стороны ребят на тему предмета нашей короткой беседы с Орловой, мы направились на обед.

* * *Традиция проводить вечерние тренировки, вернулась вместе с окончанием турнира и победой в короткой войне против двух аристократических родов.

Что же касалось развязки событий с моими уже бывшими врагами, то закончилось всё довольно быстро. После судьбоносной встречи в ресторане, следующим же утром возле ворот школы меня ждали два кортежа. Мужчины собственнолично передали мне в руки подписанные документы и сообщили, что готовы произнести слова присяги.

С последним тянуть не стали и вечером того же дня, Тенишев и Коломойцев преклонили колени, признавая меня своим господином. Унизительная для этих двоих процедура и признание, проходили в том же ресторане, только на этот раз в частной кабинке, без присутствия лишних глаз.

Для всего остального общества вокруг, по сути ничего и не изменилось: фаза конфликта стихла, стороны остались при своём, если, конечно, не считать уже разрушенных заводов и внезапно перешедшей в имущество Белорецких территорий этих господ, и главное, все остались живы.

Но в действительности же, в мою собственность перешли около сорока процентов территорий от каждого рода, а также, в качестве откупных, они обязались ближайшую неделю начать строительство моего особняка. Хотя правильнее сказать, спонсировать его строительство — строить будет Белстрой, одна из Тюменских строительных кампаний, принадлежащих Белорецким.

По всему выходило, что благородные отделались от меня вполне себе малой кровью, если не считать потерю суверенитета, и должны были быть просто счастливы, но нет.