Точка Бифуркации IV

Другого объяснения всему этому, у меня просто нет. — внезапно заговорила ещё одна девушка, имя и голос которой мне были незнакомы.

— Боюсь слово «престиж», здесь было лишним. — фыркнула Елизавета.

Находясь под кроватью одной из этих дам, я наслушался за прошедшие полчаса столько трёпа ни о чём, что едва уши не посинели. Единственное, что любопытно было узнать, так это как у них обстоят дела в отряде. Какие у них настроения, как построены взаимоотношения между девушками. И как и предполагалось изначально, неприятный характер Лизаветы доставлял неудобства всем в их команде.

— Вытаскивай меня отсюда. А затем возвращайся — шмотки которые им передали, до Меньшиковых дойти не должны. — едва сдерживая накатившую на меня волну злорадства, обратился я к Люси.

Бесовка оставила меня по моей просьбе далеко за пределами лагеря, за границами огражденной территорией, на которой проходило наше мероприятие.

И какого же было моё удивление, когда скрытно путешествуя по округе, мы с Кали смогли отметить едва ли не пару десятков попыток совершить «передачку» на территорию охраняемой зоны.

Подобравшиеся к нашему лагерю военные самых разных княжеств, пытались переправить свои грузы через стены, с помощью телекинеза или даже дронов. Правда последние сразу же глушила местная РЭБ и мужчинам приходилось придумывать что-то другое.

Этой ночью, бравая служба безопасности Жеваховых только и делала, что занималась пресечением всех этих попыток.

И как же мне стало смешно, когда я наконец-то смог убедиться, что лежит внутри этих пакетов!

Одежда! Благородным отчаянно пытались передавать одежду! Столько ресурсов и сил было задействовано, чтобы передать аристократам ЧИСТЫЕ ТРУСЫ!

Если быть точнее, то сменка военной формы и преимущественно нательное нижнее бельё.

Не знаю, почему меня это так задело, но я отчего-то не на шутку разозлился осознавая данный факт…

Может просто белоручек не люблю? А может слова Черкасовой о том, что «стирка одежды дело не барское», меня так задели… В общем, этим вечером, свою посылку точно никто не дождётся и без сменных вещей останутся не только Меньшиковы, но и все остальные.