Тёмный отбор

Он усилит изменения в твоей внешности и слегка подправит ее согласно внедренной менталистом матрице.

– Куда уж тут усиливать, – проворчала я, небрежно принимая баснословно дорогую вещицу и надевая на шею. – Еще чернее меня сделает?

– Ну-ка… – Маг остановил меня, развернул к пыльному чердачному окну, крепко взяв за плечи. Руки у него были сильными и горячими. – Не волнуйся, кожа, пожалуй, стала посветлее. А вот твой хорошенький носик выглядит крупнее и аристократически удлинился. Ну совсем как у наших Воронят! – умилился суафит.

«Они мне еще и клюв нарисовали!» – совсем расстроилась я.

Руки непроизвольно потрогали носик. И отдернулись. Какая разница, как я выгляжу? Перед кем мне тут строить из себя первую красавицу королевства? Замуж я, в отличие от сорока девяти девиц, не собираюсь.

Ворон, на которого я от расстройства и внимания не обращала, вздохнул и отпустил мои плечи, которые, оказывается, все еще сжимал подозрительно нежно.

– Давай поторопимся, Асси, иначе случится конфуз, если придем позже короля.

– Возможно."

"По второму имени в замке герцога меня никто не звал. Для всех я была леди Асгерд, кроме отца. Но хранилась еще родовая книга в отцовском сейфе. Вдруг мачеха и туда нос сунула?

– Тебе нужно другое имя на время отбора, – заявил Ворон.

– Еще одно? Зачем?

– Забыла про три убийства, девочка? Мы не должны привлекать к тебе ничье внимание, насколько это возможно.

– Годится. Хотя не вижу особой разницы.

В такие шитые белыми нитками предосторожности не верилось. Если за убийствами стоит мачеха, то она может и мою кровь найти в отцовском тайнике. И я еще, как оказалось, не знаю, на что способна Зайна. Придется вести очень осторожную и тонкую игру.

В общий зал столовой мы вошли через служебную дверь на две секунды раньше короля, перед которым уже распахнули высокие двери парадного входа.

Пока кто-то из персонала, обладавший зычным голосом, объявлял о высочайшем визите с перечислением королевских регалий, я успела взглядом обежать зал.

За год он изменился, стал еще более роскошным. Видимо, из-за отбора. Если раньше половина огромного зала, визуально разделенного надвое, была оформлена в темных тонах, а вторая – в светлых, то теперь все здесь обилием света напоминало бальный зал Белого дворца.