Тёмные не признаются в любви

– Ой, боюсь, боюсь… пощади меня, великий темный!

– Нет, я не выпускаю красавиц, которых Тьма заманила в мои объятия! – Джаред делано разразился злодейским хохотом.

Потом, резко замолчав, навис сверху и, нежно касаясь моего лица, признался:

– Элеяра Альторн, ты мое наваждение, свет моей души.

– И я люблю тебя, муж мой.

Странно сейчас вспоминать, как я цеплялась за прошлую жизнь. Как боялась утратить то немногое, что имела, а потом, как в омут с головой, бросилась в объятия темного.

И он дал мне все.

Летом же поняла, насколько стойкий мой будущий муж.

Я долго не признавалась, что Аллар… то есть принц Флориан, не дает мне проходу в университете. А потом, не выдержав, пожаловалась. Джаред поговорил с ним по-мужски и сразу после сессии утащил меня в Давелию. Жениться в храме Тьмы.

Первой супружеской ночи я боялась не так, как знакомства с родителями. Боялась, пока на ступенях в летнюю резиденцию нас не встретила… леди Анора.

А ведь можно логически додуматься, что отбор невест, где будут оба сына, Ситанора, императрица Давелии, ни за что не пропустит!.."

"И ей я понравилась еще зимой, а отец Джареда заранее одобрил любую избранницу. Еще бы, он уже опасался, что потеряет сына. Тьма выжигала в нем любые чувства и желания, и лишь встреча со мной вернула вкус жизни.

Почти все лето я привыкала к новой стране, роскошному дворцу, окружению. Привыкал ко мне и темный двор.

Уроки Грегерсона не прошли даром: когда некая аристократка нагло заявила мне, что должна уйти с ее дороги, ибо она спала с моим женихом и ждет от него ребенка, я только рассмеялась. Леди же было невесело – несколько дней ее преследовала звуковая иллюзия: стоило приблизиться к какому-нибудь мужчине, как звучало ее же признание: «Я жду от него ребенка!» Снять иллюзию мог только ее создатель, и я смилостивилась, лишь когда девица попросила прощения за ложь.

Устраивали и другие проверки, но все они прекратились, стоило кронпринцу ввести меня под своды храма Тьмы.

Свадьбу отпраздновали пышно и громко. С приглашенных латорийцев, в том числе и моих родных, взяли клятвы, которые не позволяли распространяться о личности кронпринца и его жены. То есть я могла спокойно вернуться к обучению в КУМ.