Тёмные не признаются в любви

– Прошу прощения, леди, но я вынужден заняться вашим воздыхателем, – поморщился Грегерсон. – А раз вас в одиночестве оставлять и на минуту нельзя, то… Айк, Тайрон!

Уже знакомые мне оборотни возникли рядом.

– Передаю нашу драгоценную леди вам.

Странно, но, называя меня «драгоценной», вампир говорил серьезно.

Наверное, час я гуляла по триумфальному залу с новым фужером игристого. Пить не хотелось. Временные телохранители следовали тенью, не мозоля глаза ни мне, ни тем, с кем довелось пересечься.

Обычные конкурсантки веселились от души.

Избежать встречи не удалось с другим малоприятным человеком – Рутхом-старшим.

Он встревоженно поинтересовался, не видела ли я Аллара, и, не дожидаясь ответа, спросил:

– Вы собираетесь замуж за господина Джареда, адептка?

– Предложения мне не делали, – возразила осторожно.

– Кромешник исправит свое упущение, вот увидите.

Если раньше маг неприятно удивлял нетерпимостью к темным, то сейчас поражал равнодушием. Будто перегорев в костре ненависти к давелийцам, перестал осуждать конкурсанток.

– Странный день, – завершая наш коротенький диалог, заявил магистр. – Сначала исчез ректор, потом мой племянник и распорядительница.

– Простите, я не знаю, где их искать.

Темную леди я видела часом ранее, между танцами с Джаредом – она подошла, когда мы отдыхали после быстрого, энергичного мерендо. Одарив комплиментами, леди Анора поинтересовалась, кто сшил мое чудесное платье. Впервые за вечер мне удалось рассказать о Таркале, пусть и давелийке, которая уедет после отбора домой. Плохой из меня популяризатор модного дома, одна надежда на деловую хватку Мадлен – уж кто-кто, а она умеет расхваливать товар.

За болтовней о нарядах женщина может узнать многое о другой женщине, нужно лишь уметь слушать.

Напоследок, когда Джаред ушел за соком для нас, она неожиданно произнесла:

– Слышала, что вы хотите закончить обучение в КУМе, Элеяра. Почему? В империи отличные академии магии.

– Таковы условия завещания деда, если хочу стать его наследницей.