Тихоня для волчьей стаи

Что бы ей там не наплели!

Только бы мне найти ту тварь, которая посмела заронить в моей любимой зерно сомнения. И тогда я… тогда я могу оправдать то прозвище, которое мне дали.

Убийца!

Я готов был убить любого, кто встанет между нами!

- Яр…

- Что милая? Если ты не готова…

Она взяла мою руку, и направила вниз, туда, где сходились ее стройные ножки. Там уже была Ниагара. Моя девочка была более чем готова.

- Как ты хочешь, скажи?

- Я хочу быстро, грубо, дерзко. Я хочу, чтобы ты поставил на мне клеймо. Я хочу быть твоей.

Разве нужно долго просить о таком?

Я стянул халат с ее плеч, обнажая грудь, я видел, что грудь стала напряженной, горячей - соски затвердели, превратившись в крохотные драгоценные камушки. Они так и просились в рот. Когда я всосал их, она выгнулась мне навстречу громко застонав. Божественный звук!

Принцесса сама раздвинула ноги, широко. Белья на ней не было. Я было возмутился внутренне, вспоминая, что ее осматривал доктор – мужчина! Но… Плевать мне было на всех.

Я должен был доставить удовольствие своей женщине, и вытрахать из ее головы все глупые мысли!

- Яр…

- Да, милая!

Я вошел сразу, резко, на всю длину, погрузившись полностью.

Она всхлипнула, отвернув голову, я видел, как она поднесла кулак ко рту, сжимая кусок простыни, ее тело подалось вперед, словно насаживаясь на меня. Резкий толчок, еще, еще… Она хотела быстро и грубо. Я должен был дать ей это. Но как же я мечтал сделать это медленно, глубоко, каждым движением доказывая свои чувства! Свою любовь!"

"Еще толчок! Резче! Она слово заставляла меня не жалеть ее тела! И разве я мог не подчиниться ей?

Еще, еще! О, Боги, почему же это было ТАК хорошо?

Резко вошел, углубился, дотолкнул себя и… Ее протяжный крик бальзамом пролился на мое сердце, в ответ я выплеснул в неё всего себя.

- Люблю тебя, люблю, люблю…

Я шептал слова в ее нежную шейку чувствуя, как дрожит ее тело. Дрожит не от страсти…

Она плакала…

Глава 65. Яр.

Беспомощность.

Вот что сковывает тебя всего, когда ты видишь слезы любимой женщины и не представляешь, как их остановить.

И чувствуешь себя полным мудаком в этот момент, потому что кем бы ты ни был, как бы высоко не поднялся по карьерной лестнице, сколько бы денег не заработал, какое бы место не занимал среди самых-самых – в тот момент, когда твоя женщина плачет из-за тебя – ты ноль.

А я понимал, что она плачет из-за меня. Из-за нас.