Тихоня на боевом факультете

И он понимающе кивает.

Кестер распахивает передо мной высокую дверь из резного дерева и входит следом, оставив гвардейца снаружи.

– Это малая гостиная.

Малая? Я оглядываю огромную комнату: роскошная мебель, камин, облицованный разноцветным мрамором, на стенах – картины.

– Извини, Мели. – Кестер обнимает меня со спины и, наклонившись, касается губами моего виска. – Ты сама слышала, что все слуги заняты. Не могу сейчас распорядиться, чтобы тебе подали напитки.

– Какая ерунда, Кес, – прерываю его я. – Если не хочешь, чтобы я испугалась этой твоей роскоши и сбежала, не выделывайся.

Короткий смешок.

– Люблю тебя, Мели, я быстро. Там работа в основном для Рагха и Мардего. Только не сбегай.

– Договорились. Я посмотрю на картины?

– Делай, что хочешь. Ты хозяйка.

Не давая мне возможности возразить, Кестер разворачивает меня лицом к себе и коротко целует в губы. Тут же отстраняется.

– Если что, за дверью охранник.

– А что может случиться в твоём доме?

– До сих пор не случалось ничего, по крайней мере при мне.

– Я понимаю, не волнуйся. Я буду в этой комнате, обещаю. Возвращайся скорее.

Ещё один быстрый поцелуй, и я остаюсь в одиночестве с горящим от возбуждения лицом.

Снова оглядываю гостиную. Странно, наверное, но сама по себе роскошь не производит на меня сильного впечатления. Наверное, потому, что я не связываю себя со всем этим. А вот вкус того, кто подбирал всё по цветам, мне нравится. Диван и кресла, которые даже на взгляд мягкие, обиты тканью сливочного цвета.

Невольно вспоминается наш сад. У приюта был свой, за которым мы ухаживали. Яблоньки там, правда, были потоньше и было их всего три. А когда они расцветали, весь приют знал, что найти Мели, ну то есть Лию, можно почти всегда на скамейке под яблонями.

При одном взгляде на картину на меня волной накатывает и аромат яблоневого цвета, и ощущение солнечного тепла на коже. Кажется, я даже жужжание пчёл, прилетевших с соседней пасеки, слышу. Возможно, при создании этой картины использовалась магия.

Забыв о том, где я нахожусь и по какому поводу, невольно начинаю улыбаться.

Смутно знакомый голос, раздавшийся за моей спиной, становится для меня полной неожиданностью.