Тихий остров

Калитка открылась, пропуская вперед человека. Судя по шагам, он был не один. Хотя Гуров и не мог ничего видеть, однако послышавшиеся следом голоса, среди которых превалировали детские, убедили его в том, что он прав. Глебов вернулся домой и, по всей вероятности, вместе с семьей. Прижавшись к стене, полковник стал пробираться к двери, надеясь среагировать в тот момент, если кто-то подойдет к гаражу.

Пришедшие направились к крыльцу дома, переговариваясь по дороге. Выделялся женский голос, настаивавший на том, что сейчас будет ужин, после которого дети отправятся спать.

Те дружно возражали, женщина устало убеждала. Сам Глебов произнес одну фразу: «Так, с матерью не спорить!»

Послышалось звяканье ключа, затем открылась входная дверь. Дождавшись, когда она захлопнется, Гуров осторожно выглянул из гаража. В окне мансарды зажегся свет. Он на пару секунд задумался. С одной стороны, было бы удобно сейчас нагрянуть прямо в дом и поговорить с Глебовым начистоту. С другой — он был с семьей, в которой двое детей, и вести жесткую беседу с отцом в их присутствии Гурову не хотелось.

Но не это было главным аргументом против, а то, что со стороны полковника это выглядело бы как проникновение на чужую территорию. И полиция, в случае если Глебов вызовет ее, будет на стороне хозяина. Учитывая, что Лев слышал о местной полиции, ему не приходилось рассчитывать на то, что она поддержит его.

Гуров посмотрел назад, на катер. Осматривать его сейчас, когда хозяин вернулся домой, было слишком рискованно. Но и уходить ни с чем он не собирался, поэтому тихо прошел вперед и остановился перед катером.

Переключив телефон в режим фотосъемки, сделал несколько снимков катера, а также антуража гаража. После этого прошел обратно к двери. Стараясь действовать предельно осторожно, притворил створку и стал закрывать замок. Глебов, судя по всему, человек хозяйственный, и все имущество у него в порядке. В частности, замок был недавно смазан машинным маслом и не скрипел при запирании.

Прячась за деревьями, Гуров, крадучись, дошел до калитки, думая, как станет выбираться на улицу.

Взбираться снова на яблоню нельзя — хозяин мог его заметить.

Присмотревшись, он увидел, что калитка заперта изнутри на длинную задвижку. Отодвинув ее, Гуров вышел на улицу и, оказавшись на дорожке, пошел вперед быстрым шагом.

Миновав улицу Садовую, он оказался на дороге, являвшейся транспортной линией. Было уже поздно, Лев здорово устал за сегодняшний долгий день, и идти пешком до гостиницы ему совсем не хотелось.