Тэсса на краю земли

 — Ты поедешь со мной завтра на аэродром Лендс-Энд за барахлом Холли Лонгли?

— Да, — коротко ответил Фрэнк, — думаю, тебе понадобится помощь.

— И полетишь со мной на вертолете до островов Силли?

— На вертолете? — на его лице появилось что-то детское. — Воу. А можно мне будет порулить?

— Ладно, — смирившись с поражением, Тэсса развязала завязки, удерживающие платье, и оно упало к ее ногам. Перешагнув через него, она сделала несколько шагов и села на колени Фрэнка, оседлав его. Обхватила руками колючее от щетины лицо, заглядывая в глаза.

— Ну и откуда ты такой взялся? — выдохнула Тэсса, касаясь своим лбом лба Фрэнка.

— Прямиком из бристольской тюрьмы, — усмехнулся он. — Экспресс-доставка.

— Джеймс меня спросил сегодня — почему нам так не везет. Ты нашел ответ на этот вопрос?

— Тэсса Тарлтон, — насмешливо ответил Фрэнк, — если ты хочешь поговорить, то не сиди голой на моих коленях.

— Мне одеться или перестать разговаривать? — спросила Тэсса, улыбаясь.

Вместо ответа Фрэнк поцеловал ее.

Неторопливо, даже как будто лениво, очевидно, сегодня ему требовалось время, чтобы настроиться. Все-таки он многое чувствовал и многое понимал, хоть и не желал обсуждать.

Наверное, Фрэнк по привычке бойца без правил предпочитал уворачиваться от проблем, если не мог врезать прямо по ним.

Привычка, которая в будущем приведет к проблемам."

"Что Тэсса знала наверняка — если неприятности появились, они ни за что не исчезнут сами по себе. Рано или поздно придется перестать уворачиваться.

Если бы она поняла это раньше, то безумие не накрыло бы Лондон.

Ведь она чувствовала, что стоит на самом краю, но отчаянно верила, что не сорвется в пропасть.

Мысли всё не отпускали Тэссу, отвлекали от Фрэнка, мешали.

— Только, — она едва отстранилась, чтобы посмотреть на него, — спать мы теперь будем в разных кроватях.

— Я понял, — согласился Фрэнк покладисто, легко улыбнулся ей — как-то у него так получилось, что губы лишь дрогнули, но улыбка коснулась глаз, добрая и успокаивающая.

И вот тогда Тэссу повело — все чувства обострились, тело зазвенело от возбуждения, ей так захотелось ощутить губы и язык Фрэнка везде, что она даже заерзала. Тонкая ткань трусиков и тяжелая джинсов остро стали мешать.