Терпи, неудачница!

Положил руки поверх моих и начал гладить, заставляя мурашки ринуться по моей коже.

- И что во мне такого красивого... разве что задница?

Откуда он... Я же, кажется, это говорила Маруське там на балконе! Подслушивал! Хотела вырвать свои руки, но он как-то разом обернулся, аккуратно потянул на себя и я оказалась у него на коленях. Ничего не успела спросить, он продолжил сам:

- Ага. Подслушивал. Случайно, конечно. Но пройти мимо не смог. Хотел песню о себе услышать. Женька, поцелуй меня! Как ты там вчера говорила.

.. ""вдруг в последний раз""?

- Не шути так! Мне страшно!

- А мне вчера? Напугала меня до смерти!

Смеялся надо мной, но времени даром не терял - руки уже пробрались под футболку и гладили спину, задевая застежку бюстгалтера. А губы... губы касались шеи, щеки, мочки уха. И ещё не целовали, нет, но ощущение горячего дыхания на ставшей удивительно чувствительной, коже, опаляло не хуже костра. И мне было так безумно хорошо сейчас, как будто вот оно - мое место, у него на руках, а я, наконец-то, спустя бесконечное множество бессмысленно прожитых дней, нашла его.

И хотелось мне сказать ему что-то ласковое, нежное, но губы сами сложились в совершенно противоположное:

- Не буду целовать.

- Почему это?

- Потому, Сашенька, что целый день шла, и... ну в общем, ты сам понимаешь... скорее бы уже речка - искупаться не помешало бы!

- А мне нравится, как от тебя пахнет, - в голосе его появилась лёгкая хрипотца. - Представь, что мы с тобой какие-нибудь степные кочевники, которые вместо воды мажутся жиром оленей.

- Ты все перепутал, - я пыталась что-то объяснить сквозь смех. - Это чукчи жиром мажутся! А кочевники... не знаю даже, в молоке верблюжьем купались.

- Да плевать, поцелуй меня, иначе я тебя в лес отнесу - вон туда, в темноту. Раздену там и буду любить целый час!

Пришлось уступить. Не потому что мне не хотелось, чтобы он исполнил свою угрозу - хотелось и даже очень, а только лишь из страха, что в темноте могут быть всякие там звери и насекомые, да и опять же стыдно было - помыться все-таки не мешало бы.

Я поцеловала. Хотела сделать это легко - притронуться к губам и отодвинуться. Но он обхватил мое лицо руками, прикусил нижнюю губу, и ворвался в рот языком так яростно, так страстно, что я забыла обо всем на свете и сама вцепилась в него мертвой хваткой. И скорее всего поцелуй этот все равно закончился бы там в темноте на траве, если бы вдруг вдалеке не раздался грохот.

Если бы не Саша, я от испуга точно упала бы в костер.