Тени сгущаются

Все остальные собаки тоже обернулись и уставились на пса, выгнув вперёд в изумлении уши.

Щётка обвёл их всех презрительным взглядом.

— На самом деле, мы все так считаем: уцелеть в такой ситуации невозможно. Эта Стая нежизнеспособна!

Щётка повернулся к собакам из бывшей стаи Хромого. Пристально изучив Ветерок, Лесника, Шкирку, Погоню и самого Хромого, он довольно — даже с некоторым ликованием, как показалось Грозе, — скривил свою морду.

— Поэтому, — продолжил пёс, — Лесник, Шкирка и я… мы решили уйти из Стаи.

— Нет! — воскликнула Кусака.

Потрясённая Дейзи заскулила, а Микки издал рык неверия.

— Мы больше не можем быть частью этой Стаи, — сказал Щётка. — Мы чувствуем себя здесь чужими. Собак из стаи Хромого постоянно ущемляют то в одном, то в другом. Кому нам тут доверять? Мы не знаем, на кого мы можем полагаться, а кого должны остерегаться, — Щётка снова огляделся, и Гроза поняла: этот обычно молчаливый пёс наверняка подготовил свою обидную, горькую речь заранее. — Мы будем рады, если к нам присоединятся и другие собаки.

Над поляной надолго повисла оглушительная тишина. А потом вперёд вышел Хромой.

Глядя прямо в глаза Щётке, Третий Пёс Стаи произнёс:

— Это ошибочное решение. Вы совершаете огромную ошибку. Три собаки не смогут выжить в дикой природе — это не Стая.

— Четыре собаки, — послышался тихий голос.

Ошеломлённая Гроза увидела, как на лапы вскочила Стрела.

— Я ухожу с ними, — заявила худощавая собака. — Щётка, Шкирка и Лесник — это собаки, которым я полностью доверяю. Я точно знаю, что никто из них не портил нашу добычу и не пытался рассорить Стаю. Я уверена, что никто из них не убивал Шёпота. И я не могу сказать то же самое о большинстве присутствующих здесь собак. Уж извините!

Гроза испытала шок: «Собака из нашей старой стаи — и отступница? Этого не может быть!»

Щётка не отвёл глаз под взглядом Хромого, но, в свою очередь, пристально посмотрел на бывшего вожака:"

"— Ты действительно здесь счастлив, Хромой? Тебя устраивает быть только Третьим Псом? А ты, Погоня? А ты, Ветерок? — обратился он к коричневой собачке с добрыми и кроткими глазами.

Гроза затаила дыхание.