Тени сгущаются

Пора Кувыркушке, Пушинке, Грызушке и Крошке приобщиться к собачьему ритуалу и пропеть эту песнь вместе с нами. — Наклонившись, Альфа потёрлась носом о макушку Пушинки. — Спать ляжете попозже, малыши! А сейчас вам предстоит узнать, что значит «быть одной Стаей»!

Четыре щенка завизжали от удовольствия. «Похоже, их обрадовала не столько предстоящая церемония, сколько возможность подольше пободрствовать, — с нежностью подумала Гроза. — Но вскоре они поймут, что такое Великая Песнь. И прочувствуют собственными шкурками, что значит — быть членом сильной, сплочённой, любящей и заботливой Стаи».

Сердце Грозы вновь согрела надежда.

А затем она пересеклась взглядом со Счастливчиком и увидела в его глазах грусть. Должно быть, он думал о своей сестре. О том, что на этот раз ни Белла, ни её избранник не смогут спеть хором со всеми собаками. А ведь в жилах щенков текла и кровь Беллы…

«Жаль, что она пропустит их первую настоящую Песнь! — опечалилась Гроза. — В такие моменты любой собаке будет не хватать родных.

Я помню Вертушку во время наших песнопений… Бедный Вертушка, он так и не успел стать взрослым… А Ворчун, названный потом Клыком… Несмотря на всё, что между нами было, я скучаю по нему так же сильно… И я прекрасно понимаю, что сейчас чувствует Бета».

Тем не менее, пока четыре щенка носились в воодушевлении по поляне, Гроза заметила, что хвост Счастливчика завилял, а его челюсти раскрылись в восхищении. Печаль Беты уравновесило счастье. «И мою тоже, — осознала Гроза, когда её собственный хвост задёргался от наслаждения при виде непоседливых малышей.

 — Они ещё сами не понимают, что своим участием в ритуальном песнопении принесут Стае надежду на лучшее будущее! А это тоже — вклад в её жизнь».

Собаки с энтузиазмом начали выстраиваться в круг для исполнения Великой Песни. Щенки всё ещё продолжали резвиться, то и дело врезаясь друг в друга, и Альфа, напустив на себя притворно строгий вид, рассадила их по местам.

— Успокойтесь, малыши! И не шумите! Это очень торжественная церемония.

Вы должны относиться к ритуалу Великой Песни с большим почтением.

Один за другим щенята затихли и присмирели. Их возбуждение выдавали только подрагивавшие кончики хвостиков. Малыши послушно кивнули своей Маме-Собаке, и она с любовью облизала каждого щенка, а потом подняла голову к Собаке-Луне и испустила первый мелодичный вой.

Остальные собаки стали поочерёдно присоединяться к ней, подстраиваясь под голос Альфы.