Тени сгущаются

Стиснув челюсти и поборов инстинкт самосохранения, побуждавший её держать голову над водой, Гроза нырнула во чрево Озера.

В глубине оно было не таким голубым, серебристым и искрящимся, — осознала собака с внутренней дрожью. Его вода стала зелёной и тёмной, и зрение Грозы затмили плавающие водоросли и кружащийся песок. Заморгав, собака резко всплыла на поверхность, жадно ловя пастью холодный воздух. Она совершенно не горела желанием опускаться вниз ещё раз.

«Но там же Крошка! — вспомнила Гроза. — Наша Крошка…»"

"Собрав всё своё мужество, она наклонила голову и снова ринулась в страшную пучину.

Отчаянно толкаясь лапами, она стала погружаться всё ниже и ниже, кружась и переворачиваясь в зябких, удушающих челюстях Озера. «Двигайся вместе с водой». Кто это сказал? Неужели это голос Марты донёсся до неё из прошлого? «Не надо с ней бороться, Лизушка… Позволь Собаке-Реке тебя обнять…»

Гроза опять вынырнула наверх, её лёгкие горели огнём, в висках стучала кровь. Но собака не стала задерживаться на поверхности.

Она лишь вдохнула как можно больше воздуха и сразу же бросилась вниз. «Я должна попытаться ещё раз…»

Злость и сожаление распёрли собаке лёгкие, угрожая снова вытолкнуть её на поверхность. «Как я могла потерять дочку Счастливчика?» Морда Грозы скривилась, и она зарычала в напрасном гневе, но под давлением воды её челюсти начали медленно смыкаться. И в своей пасти собака вдруг ощутила что-то мягкое.

Глаза Грозы широко распахнулись. Она аккуратно сжала челюстями мягкий, безвольный комочек.

Выплыв на поверхность, собака вдохнула ноздрями воздух и ожесточённо погребла к берегу. Жива ли ещё малышка?

Ветерок и Жук кинулись к ней.

— Гроза! — залаяла Ветерок. — Мы думали…

Гроза опустила на песок клубочек промокшей золотой шёрстки.

— Я нормально, — задыхаясь, пробормотала она. — А вот Крошка…

Ветерок и Жук хором взвыли от ужаса. Малышка лежала недвижно, как брошенная кроличья шкурка. И она не дышала. «Как и Ворчун, тогда, давно…» — подумала Гроза.

— Приглядывайте за остальными щенками! — гавкнула Гроза. И как только Жук и Ветерок вернулись к трём истощённым, напуганным малышам, собака склонила голову и начала вылизывать Крошке животик и мордочку.

— Как она? Ветерок, наша Крошка в порядке? — донёсся до охотницы слабенький, умоляющий голосок Кувыркушки.

— Помолчи! — ответила ему Ветерок. — Предоставь это дело Грозе. Только она может помочь сейчас твоей сестричке.