Твой шёпот в Тумане

Несколько семей. И третье селенье — наше, оно северней. У нас еще человек сто наберется. Хотя большинство домов пустые. Все ушли с этих мест. Кого война забрала, кого голод, а кто на юг подался.

Глянув на воинов, я еще раз поразилась тому, насколько они не похожи на наших мужчин. Все блондины разных оттенков, лица гладкие, в глазах красные угольки.

— А вы кто? — не удержалась я от вопроса и все-таки слюбопытничала.

Неожиданно мужчины рассмеялись. Все разом, как по команде.

— Ребенок, — выдохнул пепельноволосый, — Варды мы.

Я отрицательно качнула головой.

— Северяне, — пояснил пшеничный блондин.

— Пришлые? — испуганно прошептала я. — Из бреши в тумане?

— Они самые, — вард с длинной косой все прожигал меня волнующим и одновременно настораживающим взглядом. А еще он постоянно принюхивался.

— Теперь эти земли наши, — добавил второй грозный воин.

В ответ я лишь недоуменно пожала плечами, ничего не понимая. Ясно было одно — передо мной захватчики. Вспомнились отцовские обмолвки да пьяные сумбурные рассказы.

— Не бойся, — тихо произнес воин, в чьем седле я находилась. — Женщин мы не трогаем. Девушек не портим. Показывай дорогу.

Глава 9

Уже стемнело, когда мы подъехали к заброшенной деревне — Сердвинки. Это поселение некогда процветало. В нем проживало несколько тысяч человек. Именно сюда приезжали княжеские обозы с продовольствием, кибитки торговцев и даже лавки лекарей. По субботам на центральной деревенской площади устраивали представления, танцы, гуляния по поводу и даже без…

А потом пришло известие о войне.

Деревня быстро опустела. А потом и вовсе умерла. Оставшиеся люди переселились к нам потому, как и лес ближе, и умертвия с тумана приходят реже.

Но вот сейчас пустующей деревню Сердвинки никак не назовешь.

Здесь кипела работа. Огромные широкоплечие мужчины возводили заборы, отстраивали заново дома.

АЯ же от удивления, кажется, разинула рот.

Ведь всего три недели назад сюда ходили мальчишки с нашей деревни и никого не обнаружили. А сейчас… Я сглотнула и до меня, наконец-то, дошло, что имели в виду эти воины, произнеся фразу: «теперь это наши земли». И с этим пониманием вернулся страх.