Темный

После чего оказался перед горящими вражескими машинами и пошел напролом.

Многотонный монстр наезжает на охваченный пламенем «Скарабей». Двигатель ревет. Удар! И мы скидываем вражеский танк в кювет. Двигаемся дальше, и снова препятствие. Новый удар. И еще один «Скарабей» отлетает. Кругом огонь и дым. Рвется боекомплект республиканских танков и откуда-то с фланга вспышки. По нам стреляют вражеские мотострелки, и я окликаю нового связиста, Сашу Веселова:

– Веселый, не спать! Пулемет! Долби сволочей!

Заработал «Хеймдаль».

Снаряд врезается в бронемашину и сминает ее, словно по «Носорогу» ударили огромным молотом. Красиво получилось. Никогда раньше такого не видел и не дай боги самому попасть под такой удар.

Следующая цель. Я ищу ее и нахожу. На обочине республиканский танк.

Бросаю взгляд на кормовой экран. Пока все в порядке. Танки моей роты, продолжая уничтожать противника, идут за своим командиром. А на свалку обрушились десятки вражеских ракет. Вовремя мы ушли. Еще бы пара минут и нас накрыли. Однако республиканцы опоздали. Под ударом только мусорные кучи.

– Командир! – подает голос связист. – Вас вызывает комбат!

– Соедини!

Щелчок и в наушниках голос полковника Рекио:

– «Один-один», это «Сотка». Доложи, что у тебя.

– Докладываю. Республиканцев встретил. Ведем бой. Предварительные потери противника – двадцать танков «Скарабей», полтора десятка бронетранспортеров «Носорог» и до двух рот мотопехоты. Потерь нет.

– Не преувеличиваешь?

– Никак нет.

– Поддержка огнем нужна?

– Пока нет.

– Отлично. Работай, «Один-один».

– Слушаюсь, «Сотка».

Комбат отключился. Только доложил ему, что без потерь, и они появились. Из темноты вылетела управляемая ракета, которая поразила танк капитана Деринга. После чего его «Берсерк» закрутился на месте, окутался дымом и замер. А я засек, откуда вылетел ПТУР, и съехал с шоссе на поле. Вокруг темнота, а свет позади. Снова включил ПНВ и сразу обнаружил республиканцев. Несколько солдат прятались в яме, и, наверное, они считали, что я их не замечу. Ошибка.