Темный

Однако неожиданно зазвонил мой телефон. Номер знали всего три человека: Робинзон, Эрлинг и Рокуэлл. Кто из них звонил? Абонента определить не удалось, и я ответил:

– Темников на связи.

Голос Андрея Рокуэлла:

– Здравствуй, Юра.

– Привет.

– Как здоровье?

– Нормально.

– Про свои клятвы не забыл?

– Я все помню.

– Ты сейчас в госпитале?

– Рядом с ним.

– Отлично. Через час ты должен быть в доме Эрлинга. Успеешь?

– Да.

– Ждем.

Он хотел отключиться, но я успел задать еще один вопрос:

– Почему такая спешка?

Краткая пауза и ответ:

– Царь умер.

Телефон замолчал, и на несколько секунд я растерялся. Вот и закончился мой отдых."

"– Ты уезжаешь? – Ольга прижалась ко мне.

– Да.

– Надолго?

– Не знаю.

– Но ты вернешься?

Что я мог сказать? Самое очевидное:

– Обязательно.

53

В загородный дом Эрлинга добрался вовремя. На сборы и дорогу потратил пятьдесят восемь минут. И первое, что бросилось в глаза – большое количество хорошо вооруженных солдат, которые занимали вокруг особняка оборону. В основном это были профессионалы, переброшенные поближе к столице спецназовцы из 3-го полка «Тихая смерть», прошедшие огонь, воду и медные трубы головорезы.

– Значит, царь мертв?

– Да.

– Когда он умер?

Андрей бросил взгляд на часы и ответил:

– Два часа сорок три минуты назад.

– Его болезнь доконала?

– Нет.

– Неужели покушение было?

– Все проще, – Рокуэлл поморщился и, понизив голос, зашептал: – Некрасивая история. Сигурд пошел на поправку и решил развлечься. Он взял из гарема молодую девочку и начал ее резать. Сам знаешь – он без крови радости не чувствовал. А наложница оказалась девочкой храброй. И перед тем, как ее отправили к царю, никто наложницу не обыскал. Вот она и решилась дать венценосному извращенцу отпор.

– И что дальше?

– Дальше все просто. Сигурд умер мгновенно. Девчонка попыталась сбежать, и была расстреляна гвардейцами. После чего начальник караула сообщил о происшествии командиру дежурного батальона и покончил с собой. Слабак! Такова реальная картина, в которой придется разбираться, слишком много странностей. Но народу, разумеется, предложат другую версию, более спокойную. Царь болел и умер.