Темный

До КП 62-й не более десяти километров, и республиканцы знают, что мы нависли над их флангом. Поэтому выставили на нашем направлении мощный артиллерийский заслон. Но противник считает, что мы будем наращивать ударный кулак и ждать утра. Это ошибка. Мы переходим в атаку прямо сейчас, без промедления. На острие атаки пойдут «Берсерки», а за ними танки 22-й бригады. Здесь остается артиллерия, которая накроет позиции республиканцев, а танки и десант с гвардейцами должны до рассвета перерезать шоссе Алагир – Беренгар. Таким образом, противник окажется в окружении и будет уничтожен.

Комбат замолчал. Ему задали несколько уточняющих вопросов, и офицеры разошлись. Я вернулся в свой танк, на ротной частоте повторил слова полковника Рекио и стал ждать сигнала к выдвижению.

В танке было тепло, и я задремал. Хорошо. Уютно. Спокойно. Но через десять минут я проснулся от неимоверного грохота. Наши РСЗО и самоходные орудия открыли огонь. Куда они били, разумеется, мы не видели. Оставалось надеяться, что координаты целей разведка и артиллерийские наводчики окруженной 62-й дивизии указали верно, и снаряды с ракетами падают не в лесах и болотах, а на позициях нордов.

– Внимание! – голос комбата. – Пять-пять-пять! Разведрота в авангарде! Первая рота за ней! Остальные следом! Направление на поселок Хорваш! Марш-марш!

«Берсерк» зарычал мотором, на броню запрыгнуло несколько десантников из роты капитана Скегги, и танк двинулся за бронемашинами разведки. Тяжелый бронированный монстр, покачивая орудием, вышел на покрытую грязным снегом дорогу, а машины первой роты выстроились за мной.

Единственное, чего я всерьез опасался, противотанковых мин и засад. Но противник не успел подготовиться. Слишком поздно республиканские генералы спохватились, и они никак не ожидали, что мы пойдем в атаку ночью. А нам чего? Приборы ночного видения на каждом «Берсерке». И когда разведка вступила в боевое соприкосновение с противником, мы были готовы."

"Республиканцы находились в Хорваше и ударили навстречу батальонной разведке из тяжелых пулеметов, а затем выстрелило орудие.

– Осколочно-фугасным!

– Есть.

Выстрел! Глухо рявкнуло орудие, и снаряд, взметнув огромный фонтан из грязи, снега и воды, обрушился на вражескую пушку.

Дальше.